Я — Мелантэ

На пиру у царя Алкиноя слепой певец Демодок берёт формингу и начинает песню о последних днях Трои. Среди гостей сидит неизвестный чужеземец, которого недавно нашли на берегу после кораблекрушения. Именно он попросил Демодока рассказать о деревянном коне, спрятавшихся внутри ахейцах и ночном взятии города. Певец начинает с того момента, когда троянцы обнаружили перед воротами оставленного врагами коня. Одни предлагали расколоть его оружием, другие — сбросить со скалы, однако в конце концов подозрительный дар втащили в город...

Во время рекламной кампании новой экранизации «Одиссеи» Лупита Нионго беседовала с журналистом Джейком Хэмилтоном в его программе Jake’s Takes. Хэмилтон предложил актрисе представить, что на просмотре фильма рядом с ней сидит Гомер, и спросил, что она сказала бы древнему поэту. Нионго ответила, что поинтересовалась бы, как он относится к тому, сколько времени в картине отведено женщинам, если в самой поэме он уделил им так мало места. Затем она с улыбкой добавила: «Помнишь о нас?» Эти слова прозвучали...

Солнце скрывается за холмами. Последний свет ещё лежит на стенах микенской крепости, возвышающейся над домами, мастерскими и складами нижнего поселения. Во дворах заканчивают работу, у дверей зажигают светильники, женщины зовут заигравшихся детей домой. Эрита стоит возле ворот и смотрит на дорогу, спускающуюся между каменными оградами. Ветер шевелит край её длинной юбки, приносит запах дыма и поднимает мелкую пыль. Из дома доносится голос матери, зовущей семью к ужину, но Эрита не отвечает. Она ждёт Этеокла, ушедшего утром к гавани...