Я ЧИТАЮ

— Вера, мне нужно тебе кое-что сказать. Она стояла у плиты и помешивала суп. Илья сидел у неё на левом бедре, тяжёлый и тёплый, как грелка. Четыре месяца. Уже умел держать голову и смотреть на людей с серьёзным видом маленького учёного. — Подожди секунду, пригорит. — Она убавила огонь. — Ну, что? Дмитрий стоял в дверях кухни, не снял куртку. Вера это заметила боковым зрением. Обычно он сразу вешал куртку на крючок в прихожей. Это было их маленькое противостояние последние полгода: она просила вешать куртку, он забывал...

Вера Николаевна вытирала руки о кухонное полотенце, когда телефон завибрировал на столешнице. Незнакомый номер. Она помедлила секунду и ответила. — Алло. Это Вера? — голос был молодой, с этой особенной уверенностью, которая бывает только у тех, кто ещё не получил по-настоящему. — Да. Слушаю вас. — Меня зовут Алиса. Думаю, вы понимаете, о чём я буду говорить. Вера поставила полотенце на крючок. Опустилась на табурет. За окном темнело, и сад уходил в сумерки, как всегда в октябре, резко, без предупреждения...

— Мать, ты только послушай, я всё продумала, — сказал голос из прихожей, и Татьяна замерла над миской с майонезом. — Продаём её квартиру, добавляем мои деньги от студии, и берём нормальную трёшку. Романа на ремонт поставим, он бесплатно сделает, чего ему стоит. — Да тихо ты, — ответил голос Галины Петровны, но не очень тихо. — Сначала надо с Ромой поговорить. — Уже говорили. Он не против. Татьяна стояла у плиты «Мерида» и держала пластиковую лопатку для торта. Бисквит только вышел из духовки, минуту назад она его перевернула на решётку...

— Не ожидала тебя увидеть. И не впустила бы, если б знала. Татьяна стояла в дверях, держась за косяк, как будто это помогало. Перед ней стоял отец. Игорь Семёнович Веретников, пятьдесят девять лет, дорогое пальто нараспашку, запах хорошего одеколона. Тот самый запах, который она помнила с детства и которому в детстве завидовала, потому что он казался ей запахом настоящего, взрослого, правильного мира. — Здравствуй, дочь. Он произнёс это спокойно, как человек, который не привык, что ему не рады. — Здравствуй, — ответила она, потому что не ответить было бы уже совсем по-детски...

— Вера, послушай, это важно. Нужно перевести деньги на общий счёт. Сегодня. Там страховка, понимаешь, срок горит. Андрей стоял посреди кухни в куртке, которую так и не снял с порога. Щёки красные, не то от мороза, не то от возбуждения. Вера как раз перекладывала котлеты со сковороды на тарелку, и рука у неё на секунду замерла. — Какая страховка? — Ну, страховка. На имущество. Нам предложили хорошие условия, надо успеть до конца недели. Вера поставила сковороду на конфорку. Повернулась к нему. За восемь лет совместной жизни она научилась слышать не слова, а то, что за ними...