SeVa идущий

Опухоль мозга способна долгое время маскироваться под депрессию, тревожное расстройство или изменение характера. В этой статье мы разбираем, как рак влияет на психику через нарушение сигналов в нейронных сетях, почему изменения личности почти всегда обратимы после удаления опухоли и когда стоит проверить голову с помощью МРТ. Вы узнаете о неожиданной связи между кишечником и настроением, а также о том, почему психиатры должны исключать органические причины прежде, чем ставить диагноз. Вы когда-нибудь...

Многие думают, что умение откладывать удовольствие — например, ради учёбы или карьеры — говорит о сильной воле и зрелости. Но способность ждать бывает обманчивой: нарциссы, психопаты и люди с пограничным расстройством личности нередко демонстрируют такое же терпеливое поведение, однако внутренние механизмы у них совершенно иные. В этой статье мы разбираем, чем выносливость и настойчивость отличаются от подлинного контроля над импульсами, почему знаменитый «зефирный эксперимент» измеряет не столько силу воли, сколько доверие к миру, и как оптимизм или пессимизм влияют на нашу готовность ждать...

Панические атаки, генерализованное тревожное расстройство, ОКР и паранойя имеют общую природу — контрфактическую тревогу, не связанную с реальной угрозой. В этой статье мы объясним, почему после приступа тревоги человек чувствует не истощение, а облегчение и возвращение контроля. Разберём феномен вторичной тревоги (страха перед страхом), предвосхищающие сценарии и то, как спокойствие может провоцировать новый виток паники. Материал будет полезен психологам, психотерапевтам и всем, кто сталкивается с тревожными расстройствами...

Статистика браков и разводов неумолима: больше половины первых союзов распадается, а треть взрослых в развитых странах остаются одинокими на всю жизнь. В этой статье разбираем два главных типа токсичных партнёров — тех, кто эмоционально отсутствует, но внезапно включается, и тех, кто душит своим присутствием, а потом наказывает исчезновением. Вы узнаете, как детские травмы и ненадёжная привязанность заставляют нас снова и снова выбирать не тех людей, почему мы маятником переключаемся между «льдом» и «огнём» и можно ли вырваться из этого круга без потери себя...

Многие уверены: пограничное расстройство — это навсегда, с ним только мучиться и мучить других. Но данные долгосрочных исследований говорят об обратном. К 45 годам более 80% людей с ПРЛ перестают соответствовать критериям расстройства. А диалектическая поведенческая терапия помогает выздороветь за год. В этой статье — честный разговор без прикрас. О том, почему прогноз при ПРЛ лучше, чем при многих других диагнозах, и какие три неожиданных дара (креативность, интенсивность, просветление) скрывает пограничное устройство психики...

Вы когда-нибудь замечали, как странно работают некоторые отношения? Вы живёте с человеком, который три дня молчит, игнорирует, обесценивает каждое ваше слово, а на четвёртый вдруг приносит ваш любимый кофе, улыбается и говорит: «Ты у меня одна». И вы чувствуете облегчение, такое острое и сладкое, что готовы простить всё. Вы даже начинаете скучать по тем трём дням — потому что без них эта улыбка не была бы такой драгоценной. Если это вам знакомо — не спешите ставить себе диагноз. Вы не слабовольный и не глупый...

Знаете, что общего между нарциссизмом и пограничным расстройством? И там, и там внутри — чёрная дыра. Пустота там, где должно быть устойчивое «я». Современная психология всё чаще говорит: эти расстройства — не просто сбои химии, а сломанные истории о себе. Ваш внутренний сценарий, который вы рассказываете каждый день. Но хорошая новость: сценарий можно переписать. Нарративная терапия учит отделять проблему от личности, давать имя своим страхам и находить исключения из правил, которые вы сами себе написали...

Вы помните свои первые месяцы жизни? Конечно нет. А зря — именно там решается, станете ли вы уверенным в себе человеком или всю жизнь будете бояться одиночества и критики. Психологи Стерн, Винникотт, Малер и Кохут объясняют, почему хорошая мать — не та, которая всё даёт, а та, которая вовремя… бесит. И почему отделиться от родителей можно и нужно даже во взрослом возрасте. Честная, без заигрываний, статья для тех, кто хочет наконец стать собой. Представьте себя существом, которое не знает, где кончаетесь вы и начинается кто-то другой...

То, что мы привыкли называть расстройствами личности — нарциссизмом, психопатией, пограничным состоянием — на самом деле часто оказывается не поломкой, а единственным доступным способом обойти ту преграду, которую поставила жизнь...

Представьте себе: вы приходите в кабинет психотерапевта. Вы давно ждали этого момента, копили деньги, читали отзывы. И вот вы сидите в кресле, а напротив — спокойный, доброжелательный профессионал. Казалось бы, наконец-то можно выдохнуть. Но внутри, где-то глубоко, происходит странное. Вам не просто страшно. Вам хочется, чтобы терапевт перестал быть терапевтом. Чтобы он стал кем-то другим. Например, мамой. Или папой. Или, наоборот, врагом, которого можно ненавидеть. Звучит как безумие? На самом деле это один из самых обычных и самых опасных механизмов в любой психотерапии...

Представьте: вы приходите к психотерапевту с одними жалобами, а через месяц у вас обнаруживают редкое диссоциативное расстройство. Совпадение? Не совсем. Люди с расстройствами личности кластера B (пограничное, нарциссическое, истерическое) обладают удивительной способностью — они бессознательно становятся тем пациентом, которого ждёт врач. Даже если этой болезни у них не было. В новом материале разбираем, как внушаемость искажает диагностику, почему терапевт рискует создать ложные симптомы своими ожиданиями и что помогает не попасть в эту ловушку...

Продолжаем разбирать Эдипов комплекс. В прошлый раз мы поняли, что сексуального влечения к родителю у ребёнка нет. Тогда откуда берутся ревность, фантазии об убийстве и желание безраздельного внимания? В новой статье — ответ. Всё дело в симбиозе: первые два года младенец не отделяет себя от матери. Они — единое целое. И его первая любовь направлена… на себя. А мать просто оказывается внутри этой любви. Эдипов комплекс — это не запретная страсть, а драма отделения: ребёнок учится быть собой, но не хочет терять утраченный рай слияния...