Станислав Черноног. Школа массажа

Смотрите, у меня привычка: время от времени кладу ладони на живот, делаю вдох и слежу — надувается ли он, и получается ли на выдохе втянуть его до конца. Не для красоты — для диагностики. Тот же тест прошу пройти и вас: он объясняет форму живота точнее, чем зеркало. Друзья, посмотрите вокруг — наверняка вспомните знакомых с одним и тем же животом: не толстым, а будто опущенным, вываливающимся вперёд независимо от веса. Это очень распространённая форма живота у современного человека, и дело не всегда в лишних килограммах...

Друзья, сегодня необычный ролик: я в кои-то веки не работаю руками, а лежу и слушаю, что происходит с моим собственным животиком, пока рядом работает мой друг и учитель — Эдуард Нейматов, кинезиолог и остеопат, основатель собственного института. Сколько себя помню, с кишечником у меня не всё гладко — подозреваю, что дело тянется ещё с родовой травмы. Так что сегодня я не мастер, а модель: Эдуард ищет на мне то место, из-за которого кишечнику может быть тяжело работать. Место — там, где двенадцатиперстная...

Гастроэнтерологи в шутку говорят: всё тело человека существует ради одного органа — и это не мозг. Зубы жуют, руки готовят и подносят еду, глаза следят, чтобы не отрезать себе палец. Даже опорно-двигательный аппарат существует, чтобы дойти до магазина, а нервная, дыхательная и эндокринная системы заточены под одну задачу — чтобы кишечнику было хорошо. В кишечнике примерно столько же нейронов, сколько в мозге, — меньше, но того же порядка. И он не стареет, если правильно за ним ухаживать. Полезно вспомнить, как кишечник появляется...

Расскажу, как одна отрыжка испортила мне свидание — и что я выяснил, пока разбирался, откуда она вообще берётся. У нас в семье это, можно сказать, фамильная история: дед всю жизнь спасался содой от изжоги, мама — с отрыжкой воздухом, а я в своё время довёл дело до эрозии пищевода. Не буду пугать тем, что гастрит без внимания ведёт к эрозии, а там и до язвы недалеко, — это всё «потом». Разница в другом: тяжесть в желудке, давящая боль и та самая отрыжка в самый неподходящий момент — на совещании, на свидании — происходят уже сейчас...