Однажды в СССР

В Советском Союзе столовые были частью обычной жизни. Не чем-то особенным — а привычным. Туда не ходили «по случаю». Туда заходили просто поесть. Без лишних мыслей. После работы, в обеденный перерыв, иногда даже между делами. Главное — быстро, сытно и по-человечески. Обычно полноценный обед стоил около одного рубля. И за эти деньги можно было взять почти всё: первое, второе, салат, компот и что-нибудь сладкое. Это был тот самый набор, который считался «как надо». Без излишеств. Но с ощущением, что ты нормально поел...

В Советском Союзе машина не была транспортом «на каждый день». Скорее — вещью для особых случаев. Для поездки к родственникам, на рынок или за город. Просто так сесть и поехать — так почти никто не делал. И дело было не только в бензине или дорогах. Начиналось всё с двора. Оставлять машину под окнами было рискованно. Могли снять колёса. Могли слить бензин. А иногда и просто что-то открутить «на память». Поэтому у большинства всё упиралось в одно — гараж. Мне гараж дали через работу. Сначала я обрадовался...

В Советском Союзе лунопарки были редкостью. О них говорили заранее, передавали слухи, обсуждали во дворах. Будто в город на время привозили кусочек другой жизни. В 1975 году у нас как раз случилось такое. Дети прибежали со двора взволнованные: — Пап, приехал чешский парк! Настоящий! С этого дня разговоры были только об этом. Каждый вечер они подходили ко мне: — Ну когда пойдём? — Давай в выходные! — Ну пожалуйста… Мы с женой сначала сомневались. Развлечение было не из дешёвых. За один аттракцион просили около 40 копеек...

В 1983 году у нас с женой была дата, о которой не забываешь. 20 лет со дня свадьбы. К таким дням в те времена относились по-особенному. Не шумно, не напоказ — но с внутренним ощущением, что это важно. Мне хотелось сделать этот день таким, чтобы она запомнила его надолго. Не просто отметить. А порадовать. Готовиться я начал заранее. После работы несколько раз заходил в ювелирный отдел. Стоял у витрины, рассматривал украшения, спрашивал у продавщицы, что есть получше. Выбор был не такой большой, как сейчас...

В Советском Союзе компот был не просто напитком. Это было что-то домашнее, привычное, почти обязательное. Летом с этим было проще. Фрукты появлялись чаще — яблоки, вишня, смородина. Мы с женой варили компоты почти каждый день. Из того, что удавалось достать. Но с приходом зимы всё менялось. Свежих фруктов почти не было. А привычка оставалась. И тогда на смену приходили сухофрукты. Каждую зиму я шёл на рынок. Там продавали всё на развес — сушёные яблоки, груши, изюм, иногда курагу. Я выбирал не спеша...

В Советском Союзе сбор металлолома был не просто школьным заданием. К этому относились серьёзно. В школах об этом говорили как о важном деле. Почти как о чем-то большем, чем просто сбор железа. Сын часто приходил и рассказывал: — У нас соревнование между классами. Кто больше сдаст. Я слушал и видел — для него это действительно важно. Не ради оценки. Ради самого процесса. Однажды в выходной он сам предложил: — Давай пойдём собирать вместе. Я согласился. Он надел свои перчатки, я взял авоську, и мы пошли за гаражи — туда, где чаще всего можно было что-то найти...

В Советском Союзе газета была не просто источником новостей. Это была вещь, которая всегда находилась под рукой. И почти всегда — к месту. Я приносил свежий номер почти каждый день. Брал на работе, аккуратно складывал и клал дома на кухне — туда, где она точно пригодится. Читать её, конечно, читали. Иногда за чаем, иногда урывками — между делами. Могли пролистать, остановиться на заголовках, обсудить что-то вслух. Но, если честно, чаще всего газета жила другой жизнью. Самой обычной. Бытовой. Например, чистка овощей...

В Советском Союзе горячие бутерброды были не просто едой. Это был быстрый способ устроить себе маленький праздник. Но всё упиралось в одно — продукты. Сосиски или докторская колбаса дома были не всегда. Их нужно было достать. И если уж это удавалось, я заранее знал, что именно буду готовить. Приходил домой — и почти сразу шёл на кухню. Без лишних разговоров. Доставал батон, нарезал его ровными ломтями. Старался, чтобы куски были одинаковые — так почему-то казалось правильнее. Сверху клал сосиски или колбасу...

В Советском Союзе очередь была частью повседневной жизни. К ней не относились как к чему-то необычному — это было просто «надо». И в какой-то момент в эти очереди начинали отправлять и детей. Когда нашему сыну исполнилось лет двенадцать, мы с женой решили, что он уже может брать на себя часть домашних дел. Не сразу, конечно. Сначала давали что-то простое. Потом — чуть сложнее. Он учился шесть дней в неделю, поэтому в магазин мы отправляли его по воскресеньям. С утра будили пораньше. Он ворчал, переворачивался, хотел ещё поспать...

В Советском Союзе не было огромного выбора десертов. Но зато были простые вещи, которые умели превращаться в настоящий праздник. Одной из таких вещей был вафельный торт со сгущёнкой. Мы с женой готовили его нечасто — обычно по выходным. И почти всегда по одной причине. Дети начинали просить: — Сделайте тот торт… И мы понимали — пора. Всё начиналось с похода в магазин. Я брал авоську и шёл в ближайший продуктовый. Знал уже заранее, что нужно взять: упаковку вафельных коржей и две банки сгущёнки...

В Советском Союзе у мужчин был один особенный день в году, когда они старались изо всех сил. Это было 8 марта. В этот день хотелось не просто поздравить — хотелось удивить. Сделать так, чтобы запомнилось. Я начинал готовиться заранее. Ходил, думал, перебирал варианты. Хотелось найти что-то особенное для жены. Не формальный подарок, а такой, чтобы она действительно обрадовалась. Но с идеями было сложно. Ювелирные украшения стоили дорого. Хорошие духи у неё уже были. А покупать что-то «просто чтобы было» — не хотелось...

В Советском Союзе в баню ходили регулярно, и со временем туда начинали брать и сыновей. Когда моему исполнилось 14, он сам попросился пойти со мной. «Я собрал для нас сумки с чистым бельём и полотенцами, и мы отправились вместе». По дороге он шёл рядом и расспрашивал, как там всё устроено. «Я говорил ему не спешить, смотреть и делать так же, как остальные». У входа в баню мы купили по берёзовому венику и встали в очередь. «Людей было немного, двигались спокойно, и вскоре мы уже прошли внутрь». В моечном отделении стоял постоянный шум воды и металлических тазов...