ДЕНЕЖНЫЙ МЕШОК

В моем кошельке лежали деньги. Самые настоящие, напечатанные на защищенной бумаге, с водяными знаками и портретом короля. Но для российской банковской системы это был не финансовый инструмент, а, прости господи, фантик. Это история о том, как я пытался обменять тайские баты. И знаете, сам процесс рассказал мне о нашей экономике больше, чем иной аналитический доклад. Заграница — это всегда стресс для организма и праздник для души. Таиланд. Жара, смузи из манго, лазурная вода. Домой возвращаешься опустошенным, но счастливым...

Вечные антагонисты. Вечные партнеры по индексу Мосбиржи. И две стороны одной медали, имя которой — геополитика. Почему именно они? И почему именно сейчас, с прицелом на завершение СВО? Давайте разбираться. Отбрасывая эмоции и оставляя лишь холодный расчет, приправленный, впрочем, щепоткой интуитивной прозорливости. Сбербанк: опора на фундамент Сбербанк на текущий момент — это, пожалуй, действительно «самая сильная» акция российского рынка. Знаете, есть такое выражение — «акция-якорь». Та, что держит портфель в любой шторм...

Я понимаю магию словосочетания «собственный бизнес». Оно пахнет свободой, кожаными креслами и пассивным доходом где-нибудь на Бали. Массовая культура десятилетиями штампует образ гаража, в котором собрали Apple. Но массовая культура — это нарратив победителей. А статистика — это кладбище проигравших. И статистика жестока. Давайте без обиняков: риск в "малом предпринимательстве" распределен не 50 на 50. Даже не 30 на 70. Это классическая воронка смерти: десять заходят — один выходит. Девять из десяти...

Когда обладатель миллиардов перестаёт быть публичной фигурой, перестаёт быть бизнесменом, — и превращается в человека, которого больше нет в экономическом поле, но который при этом абсолютно реален? Роман Авдеев. Состояние — $1,3 млрд. Детей — 23. Российских активов — ноль. Вдумайтесь в эту математику. Она абсурдна, она противоречит всей логике капиталистического накопления, она напоминает скорее житие какого-то странного святого из подмосковного Одинцово, чем биографию человека, занявшего свою строчку в списке Forbes...

Это цифра, впечатанная в подкорку. 1500. Тысяча пятьсот. Мы сидим на кухне. На столе — нарезанный ровными ломтиками бородинский, маслёнка, запотевшая пачка сливочного масла. Обычный натюрморт сытого покоя. Но в глазах моей собеседницы, назовём её Анна Ивановна, отражается вовсе не этот день. Она смотрит сквозь маслёнку, сквозь меня, туда — в серёдку девяностых, где воздух был плотным от неопределённости, а денежные знаки превращались в труху быстрее, чем высыхала краска. — В 95-м батон стоил 1500, — произносит она, и это не фраза...

Пятьдесят евро. Оранжевая бумажка с готическими мостами и арками. Не новая, но и не ветхая. Обычная купюра, пролежавшая в заначке несколько лет. Такие деньги хранят не для трат — для особого случая. И вот случай настал: понадобились рубли. Сумма небольшая, но достаточная, чтобы решить пару бытовых вопросов. Я положил купюру в карман и вышел из дома. Наивный. Я не знал, что начинаю экономико-детективное расследование. Отделение первое. ВТБ на центральной улице Очередь. Душно. Женщина передо мной двадцать минут оформляет страховку и одновременно спорит по телефону с мужем о цвете обоев...

я вступил в Программу долгосрочных сбережений. На 10 лет. Взнос — 36 000 рублей в год. По три тысячи ежемесячно. Казалось бы — копейки? Вот и я так подумал. Но давайте посмотрим на эти «копейки» под микроскопом реальной доходности, а не под лупой инфляционной паники. Я знаю, что вы скажете. Точнее, что вы уже говорили. «Государство кинет!», «Инфляция всё сожрет!», «Заморозят, отнимут, обесценят — проходили!». Я читаю ваш скепсис. Я вдыхаю его вместе с утренним смогом финансовых новостей. И я не спорю...

И «работать руками» сегодня — это не клеймо неудачника, а прямой путь к доходу, который и иному менеджеру среднего звена не снился. 200 тысяч рублей в месяц. Выше. Без высшего образования. С реальными вакансиями, которые пылятся на сайтах-агрегаторах прямо сейчас. Где эти золотые горы? Кому готовы платить такие деньги? И главное — ЧТО нужно делать, чтобы их получать? Давайте без розовых соплей и баек про «успешный успех». Только цифры, только факты, только конкретные вакансии. Поехали. Миф о «грязной»...

Два ключа от одной двери. Два бенефициара у главной цифровой барахолки страны. Но дьявол, как водится, прячется не в долях, а в многоточии. В тех самых «владельцах, которые не раскрываются». В длинной цепочке юридических лиц, ведущей от ООО «Кех Екоммерц» к ООО «РРВ», а оттуда — к ООО «Инфраструктурный Холдинг-2», чьи конечные собственники скрыты от посторонних глаз. Это не просто смена титульных владельцев. Это учебник новейшей экономической истории. Истории о том, как частный капитал маневрирует в эпоху санкций, а государство мягко, но неотвратимо прорастает в цифровую инфраструктуру...

Не Сбер, не ВТБ, не какой-нибудь системно значимый гигант. А скромную кредитную организацию из четвертой сотни — с уставным капиталом 290 млн рублей и активами, которые на фоне миллиардных оборотов маркетплейса смотрелись… ну, скажем прямо, каплей в море . Зачем? Ответ — в логике, которую понимает далеко не каждый. Но финансисты — понимают. И вздыхают: классика. Эволюция актива: от «Адыгеи» до «ВБ Банка» Банк, о котором речь, — ветеран. Зарегистрирован был аж в 1990 году. Представьте: Советский Союз доживает последние месяцы, а в Адыгее уже появляется КБ «Адыгея» ...

Олег Тиньков никогда не останавливался. Пиво, пельмени, велосипеды, bank — всё это были волны, на которых он летел, рассекая воду российского рынка с грацией хищника, не знающего промаха. «Тинькофф Банк» стал его главным трофеем, его империей, его именем на вывеске всей финансовой системы новой России. 35% акций TCS Group. Миллиардные состояния. Репутация гения финтеха. И вдруг — апрель 2022. Один пост в социальной сети. Всего один. Несколько слов, написанных, возможно, ночью, возможно, на эмоциях — мы не знаем...

Нет, это не праздный вопрос для рубрики «как тратят деньги богатые». Это — экономический кейс. Лакмусовая бумажка эпохи. Ведь в современной России капитал такого масштаба — это не просто толстый кошелек. Это география. Это юрисдикция. Это, в конце концов, образ жизни, который парадоксальным образом сочетает в себе бетон московского Сити, асфальт немецкого автодрома и... абсолютную, почти мистическую тишину частной жизни. Виктор Харитонин — имя, которое ничего не скажет случайному прохожему на Тверской...