Субъективный путеводитель

Над Старым городом Норильска, где среди чадящих и пылящих заводов и шахт давно не осталось постоянного населения (см. отдельный материал), нависает Рудная гора: У её подножья центральная Октябрьская улица переходит в грунтовую, или точнее пылевую дорогу, крутым серпантином лезущую на склон Рудной горы. Я всё ждал, когда увижу знак "Проход запрещён!" или услышу окрик "Далеко собрались?!"... но рабочие, которые монтировали провода или водители самосвалов, на пару минут погружавших меня в непроглядную пыль, смотрели с любопытством, однако не пытались помешать...

Что в Улан-Баторе по дворам стоят юрты - факт достаточно известный, да и я об этом вчера здесь рассказывал. Но гэр (монгольское название юрты) - не единственный монгольский атрибут, прошедший испытание временем. Таким же удобным и практичным оказался и дээл (дели) - национальный костюм, плотный халат, перехваченный тугим поясом. Практичнее, конечно, он в степи, так как легко превращается в спальник, но и в городе эта одежда абсолютно повседневная: Дээл в Улан-Баторе встречается, наверное, пореже, чем войлочный калпак в Бишкеке, но явно чаще, чем чапан в городах Средней Азии...

Однажды вокалиста известной группы, игравшей то ли блэк-, то ли дэф-, то ли дум-металл спросили, почему же в его песнях столько ужаса, смерти, разрушений, уродств, неужели он считает реальность настолько мрачной? На что вокалист дал совершенно внезапный, шокирующий для его тусовки ответ "Конечно, не считаю. Реальность очень разная, иногда добрая и красивая. Но мои песни - тёмное отражение реальности". Вот именно таким тёмным отражением в маслянистых водах Долгого озера и выглядит норильский Старый город на другом берегу от Нового города - современного центра...

Среди высоких домов Улан-Батора тут и там стоят белые юрты (правильнее сказать - гэры) приземистой монгольской конструкции: В юртах этих не наливают туристам кумыс, как в Казахстане - там живут люди, приехавшие из степи покорять столицу. Нередкие и в других городах страны, по сути это монгольский вариант трущоб, образующих огромные посёлки по окраинам. Но кочевник может переехать в город вместе с домом, а потому трущобы Улан-Батора как будто с человеческим лицом. Из такой вот резной двери отец мог довольно глядеть на стада, а сын решил, что ему интереснее толпы...