❤️ Устами рассказчицы ❤️

Звонок в дверь раздался в субботу около восьми вечера, когда Валентина только села за журнальный столик с чашкой горячего чая и рабочим ноутбуком. В конце квартала на мебельной фабрике, где она уже шестнадцать лет вела всю первичку и налоговую отчетность, спокойные вечера выпадали редко. На пороге стоял двоюродный брат Станислав — в расстегнутой куртке, с озабоченным, вспотевшим лицом и объемистой папкой под мышкой. — Валя, слава богу, ты дома, — выпалил он, не дожидаясь приглашения, шагнул в прихожую и принялся стягивать ботинки...

Пригородный автобус высадил Надежду на повороте к дачному поселку ровно в пять вечера. В обеих руках у нее было по тяжелой сумке: в одной лежали библиотечные журналы за прошлый год, списанные для переплета, в другой — купленные на рынке тепличные огурцы, свежий хлеб и пакет творога. Надежда перехватила ручки пальцами в матерчатых перчатках, поправила сползающую лямку и глубоко вдохнула сырой, пахнущий сосновой корой воздух. Всю неделю в душном городском филиале она мечтала о пятнице. Представляла,...

Утренний туман над яблоневым садом ещё не осел, когда Тамара Васильевна вошла в дощатый склад при пасеке. В помещении пахло сухой липой, воском и холодным оцинкованным металлом. До приезда оптового покупателя из райцентра оставалось два часа. Машина должна была забрать партию липового и разнотравного меда в сорокалитровых алюминиевых флягах — ровно двенадцать штук, расставленных вдоль северной стены на деревянных поддонах. Тамара включила подвесную лампу под жестяным колпаком, подошла к ряду и замерла...

Утренний туман ещё висел над рекой, когда Тамара отперла скрипучую навесную щеколду и вошла в третью теплицу. Воздух внутри был густым, влажным и сладковато-пряным, нагретым за ночь калориферами до положенных двадцати двух градусов. Она привычно потянулась к тумблеру освещения над щитком, но замерла, даже не щёлкнув клавишей. Вдоль центрального прохода, где на многоярусных стеллажах стояли деревянные поддоны с селекционной родиолой и маточниками шлемника байкальского, царил непривычный разгром. Земля на дорожке была усыпана оборванными листьями...