Дядя Саша говорит и показывает

Поезд прибыл в Уфу рано утром, город еще спал. До первых трамваев и автобусов надо было ждать час-полтора, поэтому я разбудил какого-то паренька — таксиста и за трояк доехал до дома. Народ спал. Я прошел на кухню, сделал себе «взрослый кофе» и стал мысленно собирать себя в Киев. За школьную жизнь я собрал значительный багаж вещей: от инструментов до вещей, большую часть которых придется оставить. Причем инструменты как музыкальные, так и рабочие, да плюс радиодетали, да плюс паяльники, плюс, плюс… А музыка? Пленки, диски, аппаратура...

Утро вечера мудренее. Справедливая присказка почти для всех случаев. Утро в нашей импровизированной «гостинице» начиналось всегда одинаково. Жаворонки начинали скрипеть кроватями, кряхтеть, кашлять и шуршать пакетами часов с шести. Совы зарывались под тощие подушки, натягивали на голову одеяла, посылали Жаворонков подальше, но все равно, часам к восьми просыпались и начинали новый день. Изредка находились такие, как я сегодня: или переволновались, или перепили — в итоге дрыхли полдня. Когда я вылез из-под подушки, народу уже почти никого не было...

Первый экзамен. Волнение выше крыши. Суета. Народу! Снуют папы в форме и без, мамы всех возрастов и комплекций — это местные и приехавшие за ручку со своими чадами. Отдельной толпой мы- самостоятельные и типа взрослые. Я не помню, но кажется пришлось разбить на несколько заходов — все сразу не уместились. Сдавали так: берешь билет, листок и ручку — садишься за стол и отвечаешь. Мобильников тогда не было, искусственных интеллектов тоже. Когда ответил на три задания — подписываешь листок, сдаешь преподавателю...

Прилетел я в Курумоч заранее, где-то за неделю, чтобы подготовиться основательно, посетить семинары, познакомиться с ребятами. Сам поселок я помню плохо. Что-то обычное для аэропортов того времени: гостиница, несколько жилых домов, магазины, кафе, технические здания. Нас поселили в каком-то большом зале, вроде физкультурного: куча панцирных кроватей с тумбочками — это приезжих, хотя были и местные. Помню Витю «Самару», Олега — моего земляка, Радия Кочеткова. Это те, кто в итоге поступил и мы общались потом...