Ultraplotnikova

И почти сразу — мне написали, да я и сама себя поймала. «А если там пусто?» Останавливаешься, спрашиваешь «что я хочу», и не приходит ничего. Знакомо. Я этот вопрос годами задавала в другой форме: а если вокруг никого нет, кто зажжёт свет? И первое, что тогда поднималось, — придётся зажечь самой. Раз нет — произвести. Вот это и есть ловушка, ловчее предыдущей 😁 На пустоту так легко ответить производством. Особенно если ты прошёл 40+ тренингов, курсов и обучений, если ты эксперт экспертный и прочитал сотни книг. Как два пальца 😂 Нет интереса — сейчас сконструируем: придумаем, ради чего, подберём красивую формулировку и поедем дальше уже «осознанно»...

Перед тем как начать, задала себе вопрос, который теперь ношу с собой на карточке: что я хочу получить из этого действия — я, не кто-то другой. Ответ пришёл мгновенно: хочу, чтобы человек прочитал и написал мне. Секунда — и я её почти пропустила. Посмотрите на этот ответ внимательно. В нём нет меня. Есть человек, который что-то сделает. Я спросила про своё желание — и получила чужое действие. Подмена произошла так быстро и так гладко, что если бы не карточка, я бы поехала дальше и не заметила. У этого есть имя — производство без контракта. Делать, помогать, выдавать результат, не назвав сначала, что в этой ситуации нужно мне...

» В одном из моих прошлых мест работы была операционная система: у любой активности должен быть заказчик. Вопрос «кто заказчик?» стоял воротами перед каждым действием. Это хороший вопрос, я им пользуюсь до сих пор. Он мгновенно вскрывает бесхозные проекты и фантомную занятость. Но у него было следствие, которое я разглядела только сейчас. Ответ «я» не существовал. Не был запрещён — запрещают то, что хотя бы возможно. Его просто не было как варианта. Скажешь «заказчик — я» — и система виснет. Я...

На первый взгляд совершенно незнакомое, но с отчётливо угадывающимися нотками явно прожитого раньше. Весь день ощущала это на задворках сознания, а вечером, в лучах закатного солнца, сложилось. Всё это ощущение-предчувствие вдруг стало выпуклым и объёмным. Детство. Летние вечера, когда друзей по очереди загоняли домой, а ты получал ещё некоторое время на улице, ощущавшееся тихой удачей того, кого ещё не позвали. Прохладными струями воздуха на разгорячённой коже, ароматами травы и звуками кузнечиков и сменявших их в этом симфоническом выступлении цикад...

» Наткнулась на свой старый пост и поняла: сегодня он куда актуальнее, чем три года назад, когда был написан. В сегодняшних реалиях, когда вокруг штормит, у психики есть естественный соблазн — сжаться, заземлиться и смотреть только под ноги. Фокус внимания ежесекундно бомбардируется микро-тревогами, бытовыми задачами и алгоритмами соцсетей. И мы не замечаем, как наш взгляд становится плоским, а мышление — мелководным. Но правила игры не изменились: масштаб твоей жизни всё так же калибруется о твой фокус...

Мы уже говорили о том, кто несёт транзакционные издержки. О человеке, который доделывает за других, собирает чужой контекст, закрывает пробелы, которые ему никто не передавал. Сегодня меня занимает другой конец этой цепочки: как организации производят то, что потом приходится нести людям. Здесь есть парадокс, на который я наткнулась не в книге, а на практике. Коуз показал: фирма как институт существует именно потому, что снижает транзакционные издержки по сравнению с рыночным взаимодействием. Иерархия,...

Как вы там? В воскресенье я выложила последний пост из серии про транзакционные издержки с приглашением в коучинг для тех, кто узнал себя. На приглашение никто не пришёл, что в общем логично, если задуматься, кто вообще читает воскресные посты про то, как перестать нести чужое: их читают те, кто несёт, а те, кто несёт, не пишут в личку в воскресенье вечером — они доделывают незакрытое за неделю и собирают силы на понедельник 😁 Сегодня уже среда. Половина рабочей недели позади, и я хочу спросить — как вы там, на самом деле? Спрашиваю не из вежливости и не как вступление к посту, а буквально...

Всё, о чём я говорила в этой серии, упирается в один внутренний навык. Без него ни автономизация, ни отстранение, ни даже простое название происходящего не работают. Этот навык — выдерживать видимость сбоя, который ты не закрыл собой. Звучит просто. На практике это самое трудное из всего, что я знаю в работе с собой. Потому что внутри человека, который годами был точкой сбора чужих незавершённостей, выработался автоматизм. 🌟 Видишь висящий хвост — закрываешь. 🌟 Видишь, что кто-то не доделал — доделываешь...

Когда становится понятно, что называние не работает, а в какой-то момент это становится понятно почти всем, кто долго им занимался — остаётся вопрос что делать дальше. Просто продолжать молча нести нельзя, потому что ресурс конечен. Уйти из системы целиком не всегда возможно и не всегда нужно. Между этими двумя крайностями есть две рабочие стратегии, которые действительно меняют положение дел. Первая — автономизация. Это инженерное решение, а не эмоциональное. Ты перестаёшь пытаться изменить общий...

Есть распространённая идея, что для изменения ситуации нужно её назвать. Сделать невидимое видимым. Проговорить вслух. Обозначить границу. Я долго играла в эту игру 😁 и даже порой мне казалось что выигрывала. Идея верная. Только в ней пропущена одна деталь, которая меняет всё. Назвать — это работа. Большая, требующая времени, формулировок, эмоциональной устойчивости и готовности к чужой реакции. И эту работу делает тот же человек, который и так уже несёт всю остальную нагрузку. Тот, кто доделывает, додумывает, дособирает...

В каждой системе с описанной выше механикой есть конкретный человек, на котором всё в итоге останавливается. Тот самый, на котором держится результат — и о котором был предыдущий текст. Только теперь посмотрим на него ближе. Не потому что он лучший. И не потому что он самый главный. А потому что в нём сошлись три качества, которые делают его идеальным получателем чужих счетов. Первое — высокий стандарт завершённости. Для него «сделано» — это когда задача доведена до конца, а не до момента, в котором её можно выпустить из рук...

Почему вы не выйдете из операционки. Никогда. Не потому что не умеете. Не потому что не хотите. А потому что выход из операционки — это работа. Большая, тяжёлая, требующая времени и тишины. А времени и тишины нет именно потому, что вы в операционке. Это замкнутый контур. И он умнее вас. Каждый день в нём устроен одинаково. Вы держите в голове сотни процессов, которые никем не описаны. Принимаете десятки решений, контекст которых есть только у вас. Передаёте задачи обрывками — потому что развернуть контекст полностью значило бы остановиться на полчаса, а полчаса у вас нет...