Улыбнись и Попробуй

— Студия в Москве отойдёт Ксюше. Пусть продаст и купит себе что-нибудь побольше, — донеслось из кухни. Ирина замерла в коридоре с ключом в руке, куртку снять не успела. Она приехала к свекрови за бумагами — Галина Аркадьевна обещала собрать документы для субсидии на коммуналку, — и совсем не ждала увидеть здесь Андрея, старшего Пашиного брата. В прихожей стояли его ботинки, рядом мокрый зонт, с которого натекла лужа. — Мам, ты хорошо подумала? — Андрей отодвинул чашку. — А Пашка с Ириной? Они же… — Что «они»? — Свекровь, судя по звуку, сполоснула чайник...

Ирина разбирала нижний ящик письменного стола. Не от любви к порядку — в понедельник они записаны в банк, и к консультации надо было принести целую папку: справки с работы, выписки по картам, копии. Кирилл обещал собрать свою половину сам, но бумаги, как всегда, осели на ней. В ящике лежало вперемешку: гарантийный талон на телефон, который два года назад сдали в трейд-ин, инструкция от стиральной машины, полисы от прошлой страховки. Под всем этим — тонкая пачка банковских квитанций, скреплённых степлером...

— Мам, почему в коридоре вода? — Соня остановилась на пороге, даже не успев снять ботинки. Ирина не сразу поняла, о чём говорит дочь. Потом заметила тонкую полоску воды, которая тянулась из ванной к коврику у входной двери. Она бросила сумку и распахнула дверь. Стиральная машина стояла чуть криво, сливной шланг лежал на полу, а вода уже добралась до стиральной корзины и нижней полки шкафчика. — Андрей! Что здесь произошло? Он вышел из кухни с разводным ключом в руке. Вид у него был совершенно спокойный, словно ничего особенного не случилось...

— Полина, а что это ты делаешь? Девочка вздрогнула, но рюкзак не закрыла. Светлана стояла в дверях кухни с сумкой в руке и смотрела на открытый холодильник, на пакет йогуртов, на сырки, уложенные ровным рядком поверх учебников. На столе лежала раскрытая коробка конфет, купленная к воскресному семейному чаепитию, а рядом — почти пустая упаковка дорогого сыра. — Это для Дениса, — спокойно ответила Полина, придерживая рюкзак. — Он тоже такие любит, а у нас дома ничего вкусного нет. — Верни, пожалуйста, всё на место...

— Ты посмотри, что я подготовила, — Людмила Павловна положила на кухонный стол тонкую папку. Марина вытерла руки полотенцем и села напротив. В пакетах ещё лежали молоко, творог и вафли, которые она привезла из магазина. — Я узнавала насчёт опеки, — сказала мать, не поднимая глаз. — Всё можно оформить, юрист всё подробно объяснил, бумаги уже почти готовы. Мне нужно, чтобы ты согласилась официально взять Наташу к себе. Я устала, дочка. Здоровье уже не то, и я боюсь просто не успеть. Я не о себе думаю, ты понимаешь...