Валентина Петровна тяжело вздохнула, глядя на часы — 23:45. Поезд Саратов-Санкт-Петербург прибывал через 10 минут, а ей так хотелось спать. День выдался суматошный: навестила сестру, помогла ей с ремонтом, а теперь предстояла ночная дорога к дочери в Питер. В свои пятьдесят семь Валентина Петровна была еще полна энергии, но сегодня чувствовала себя совершенно разбитой. Перрон был плохо освещен, и когда поезд, наконец, остановился, она с трудом разглядела номер своего вагона. Проводница — женщина средних — сверила билет с паспортом и пропустила Валентину внутрь...
Ту-ту
— А в наше положение кто-нибудь вошёл? — не выдержали пассажиры. — Час стояли в коридоре с чемоданами, пока вы пировали на нижних полках
Поезд остановился, и они вышли на платформу. Николай Петрович подхватил два чемодана, Вера Павловна несла сумку с едой и документы. — Восьмой вагон должен быть дальше, — сказал Николай Петрович, и они направились вдоль состава. Проводница седьмого вагона указала им направление, и вскоре они нашли свой вагон. Молоденькая проводница быстро проверила их билеты. — Купе номер пять, — сказала она. — Проходите, уже кто-то есть из ваших попутчиков. Вера Павловна с мужем прошли по коридору, отыскали пятое купе и открыли дверь...
Мужчина с нижней полки устал от нападок парня с бородой на проводника и взял ситуацию в свои руки
Алексей Степанович, преподаватель истории на пенсии, полулежал на своей нижней полке в плацкартном вагоне поезда «Москва-Казань» и пытался читать. Пытался — потому что сосредоточиться на книге мешал громкий, раздраженный голос молодого человека с бородой, ехавшего на боковой верхней полке № 38, через два отсека от него. — Эй! Проводница! Да где же вас вечно носит, когда вы нужны? — этот бородатый лет тридцати в очередной раз отодвигал дверь в служебное помещение проводника. Галина Сергеевна, проводница с двадцатилетним стажем, появилась в коридоре с неизменной сдержанной улыбкой...
— Вы видите, что творит ваш ребёнок на моей нижней полке? — возмутилась пассажирка, — Заберите его немедленно!
Людмила Аркадьевна расправила складки на синем костюме и с удовлетворением оглядела купе. Нижняя полка застелена собственным покрывалом, очки в футляре на столике, рядом — термос с травяным чаем и контейнер с печеньем. В свои семьдесят три она гордилась самостоятельностью. Дочь настаивала на самолёте, но Людмила Аркадьевна была непреклонна: «Всю жизнь ездила поездами и буду, пока ноги носят». Поезд Пермь-Москва должен был отправиться через пятнадцать минут. Она предвкушала спокойную поездку с книгой и чаем под стук колёс...
