Карта троп фэнтези

Первую и предыдущую главу можно прочитать по ссылкам выше Холод. Глубокий, пронизывающий, неотвратимый, как сама смерть. Таллия не чувствовала тела, только ледяную тяжесть, сковывающую каждую клеточку. И ещё странное... тянущее ощущение. Будто невидимая нить протянулась куда-то во тьму, зовя за собой. Таллия не хотела сопротивляться. Ей было всё равно. Разве что хотелось выбраться из этой ледяной тьмы. И она потянула за ниточку, будто шла по дороге, не зная пути. Шла, не делая шага. Двигалась, оставаясь на месте...

Он умирал. Ощущал это каждой клеткой, не в силах ничего изменить. Вокруг него удушающе сжималось бетонное кольцо. Всё ближе и ближе, пожирая землю, ломая длинные, многолетние корни. По какой-то причине его ещё не вырубили, как многие деревья рядом. Большой, величественный дуб когда-то был гордостью леса, который был в этом месте ещё каких-то двадцать лет назад. Всего двадцать лет. И он остался один умирать. Сначала большой лес. Потом небольшой парк. Теперь же безобразная, подсушенная часть крошечного сквера...

Досье: Альберт Окулар, летописец вечности Для большинства существ в бесчисленных мирах 700 лет — это целая эпоха. Для Альберта Окулара — это лишь первая глава в его бесконечной библиотеке. Он не просто пережил эти семь веков, он их собрал, систематизировал и изучил. Альберт — не воин, не правитель и не бог. Он — коллекционер историй, вечный наблюдатель, который появляется в самых важных точках времени и пространства, чтобы задать один простой вопрос: «Зачем?» Когда-то Альберт был всего лишь человеком, хоть и гениальным алхимиком, но всё же человеком...

Первую или предыдущую главу можно прочитать по ссылкам выше Тишина в пещере была тяжелее горной породы и холоднее дыхания дракона. Борги замер, прижимая к себе Таллию. Он чувствовал, как её жизнь сочится сквозь пальцы. Вместе с тёплой кровью через тонкую тряпицу, которой он перевязал её бок. До сих пор дракон не издал ни звука, не шелохнулся, только смотрел на них с неподдельной ненавистью. Нужно было что-то делать, что-то сказать, пригрозить, попросить, потребовать. Хоть что-то! Но Борги молчал, язык будто онемел от тяжести невысказанных слов...

Путник! Тропа разума терниста, но мы в силах по ней пройти. Отдых бывает разный, даже напрягая ум, можно отдохнуть от телесной нагрузки! Разгадаешь загадки, то обретёшь ещё мудрости. Оступишься? Лес тайн завтра сам раскроет свои секреты. Глубоко под корнями Великого Древа, где даже тени боятся шевелиться, лежит забытая часовня-ловушка. Сюда попадают только те, кого зовёт Книга забытых имён — пергаментный свиток, что сам собой раскрывается в руках избранных. Вы здесь не первые. На каменном алтаре мерцают три разные флакона, а под алтарём, выжженные огнём, ползут слова: «Кто пьёт — забудет путь...

— Так-так-так, — вкрадчиво произнёс Альберт с ухмылкой, тихо появляясь в ванной через портал. — Поймана с поличным! Он заметил пушистый комочек яростно копошащимся около корзины для белья, что-то явно вынюхивающим у её плетёных стенок. Взвизгнув, комочек подпрыгнул, схватившись за полосатый носок, надетый на ухо. — Фух, напугал, кровососище! — буся с пару секунд смотрела на него широко раскрытыми от ужаса глазками, лишь потом выдохнула с облегчением. — Не выпрыгивай так неожиданно из своих порталов, так ведь и убить кого можешь...

Первую или предыдущую главу можно прочитать по ссылкам выше Безвременье длилось миг или вечность. Борги стоял на коленях, ощущая холод земли сквозь ткань штанов, но это было ничто по сравнению с ледяной пустоту внутри. Не от своего удара. От раны Таллии. Борги смог кое-как перевязать бок, чтобы хоть как-то остановить кровь, но этого было мало. Слишком мало. Он ударил её. Горран. Его друг. Его староста. Тот, кто доверил Борги свою дочь. И сейчас Горран ранил её! Той, что дорожил больше всех на свете! Она теперь лежала рядом с Борги, скрючившись, лицо белее мела...

Дымка стелилась меж сосен, цепляясь за мохнатые лапы елей. В избе Агафьи пахло сушёным чабрецом, горьковатой полынью и вековой пылью. Старуха возилась у печи, помешивая в чугунке нечто тёмно-зелёное и пузыристое. Ещё до того, как входная дверь открылась, Агафья уже знала, что сейчас в хижину ворвётся Лиза, её юная ученица. Узнала не по шагам – по запаху. Городское мыло, дешёвые удушающие духи и что-то чуждое лесу, металлическое, что въелось в её кожу за две недели отсутствия. — Я вернулась! — Лиза швырнула на лавку большой яркий пакет, из которого вывалились коробочки и пластиковые баночки...

Первую и предыдущую главы можно прочитать по ссылкам выше. — Ледяное дыхание! — глухо воскликнула она откуда-то из-под руки гнома. Молот в её руке внезапно загудел низко и зловеще. — Он здесь, в пещере! Морозом плюется! Но... разве не огнём? Все говорят… — А может, и тем, и другим? Кто ж его знает-то, — пробормотал гном. Оба поднялись с земли. Борги с тревогой посмотрел на Таллию, которую шатало. — Лучше посмотри туда, это что? Я совсем близка к обмороку, что мне кажутся тени? Борги вгляделся в указанном пальцем Таллии направлении...

Путники! Когда солнце палит, как драконья пасть, даже фее хочется прохлады. Давно настало время для моего любимого летнего спасения! Рецепт этого супа я выведала у дриад Средиземноморских рощ. Они шептали: "Это чудо — прохлада утреннего ветра, запечённая в спелых дарах земли". Готовится без огня, а это идеально для дороги. Держите, проверено караванами и усталыми стражами! Вкус: Свежесть грозы и сочных летних овощей. Прежде чем браться за котелок, загляните в свой подпол или кладовую! Если чего-то не хватает — бегите на Всеобщий базар (рынок у городских ворот)...

Первые две главы можно прочитать по ссылкам выше. Тьма в подвале под кузницей была густой и едва освещалась несколькими лампами. Удушающая напряжённая тишина нарушалась только тяжёлым дыханием Таллии и вознёй Борги. Таллия лежала на холодных камнях, он не решился прикоснуться к ней, её пальцы до сих пор судорожно сжимали рукоять Молота Грома и Молнии. Только иглы из рукоятки, видимо, получив свою порцию крови, вместе с ней вновь втянулись обратно. Человеческая кровь. Гномья кровь. Обе отданные добровольно...