Путешествуя на диване

Человечество всегда было изобретательно в вопросах вражды с себе подобными. Еще Гомер возмущался тем, что воины используют лук, считая это оружием трусов, а римские папы проклинали арбалетчиков. Но настоящий конвейер смерти заработал только в 20 веке, когда наука дала военным такие инструменты, от которых содрогнулись даже генералы. Стало понятно: если мы не договоримся о правилах войны, то следующая битва может стать последней для всех. Так появились запреты на оружие, причиняющее "излишние страдания"...

Знаете, я недавно поймал себя на мысли, что мы разучились говорить просто. Открываешь новости или ленту соцсетей - а там тонны текста, сложные рассуждения, споры. Голова пухнет уже через пять минут. И в такие моменты мне почему-то вспоминается детство. Помните, как мы приходили в поликлинику, в школу или даже в заводскую столовую? Там на стенах висели они - советские плакаты. Простые, яркие, иногда смешные, иногда строгие. Взглянул один раз - и сразу всё понял. Вот суровая женщина в красном платке призывает к совести...

Мы встретились с Аминой (имя изменено по понятным причинам) в одной из кофеен Пятигорска. Она выбрала этот город неслучайно: здесь, вдали от родного Грозного, можно выдохнуть, снять напряжение и поговорить, не боясь, что твой разговор подслушает троюродный брат соседа или увидит знакомый отца. Амина выглядит как картинка из восточной сказки: дорогой платок, идеально подобранный под цвет глаз, брендовая сумка, ухоженные руки. Со стороны может показаться, что она - самая счастливая женщина на свете, любимая дочь и жена, которую носят на руках...

В Россию начали массово завозить рабочих из Индии. И это не айтишники или врачи, о которых мы читали в книжках. Это люди, которые в прямом смысле слова впервые видят снег и шарахаются от микроволновки. Я был в Индии. Не в туристическом Гоа, а в настоящей, глубинной Индии. Я видел, как там живут простые люди. И когда я прочитал новость о том, что к нам уже завезли пробную партию в 45 тысяч человек (а планируют еще больше), мне стало, мягко говоря, не по себе. Я прекрасно понимаю, какой культурный шок ждет нас всех...

Я коренной москвич и люблю свой город, но в последнее время ловлю себя на мысли, что в столице образовались настоящие этнические анклавы. Районы, где я со своей рязанской внешностью чувствую себя чужаком. Там царят свои законы, свой язык и свои порядки. Недавно я решил проехаться по этим "горячим точкам", чтобы убедиться, не сгущают ли краски в интернете. Начал я, конечно, с Котельников. Формально это область, но по факту является продолжением Москвы и конечной станцией метро. Выходя из подземки, ты сразу попадаешь в другой мир...

У нас в стране есть культ "своей квартиры". С детства нам внушают: ты должен купить бетонную коробку, взять ипотеку на 30 лет, во всем себе отказывать, зато "свое". И люди ведутся. Они несут миллионы застройщикам, подписывают кабальные договоры, мечтают о светлом будущем. А потом получают ключи и попадают в ад. Я много путешествую по России и люблю заглядывать не только в исторические центры, но и в новые спальные районы. И то, что я вижу в последние годы, вызывает у меня смесь ужаса и клаустрофобии...

Немцы и их дотошность - вещи, о которых можно говорить вечно. Я живу в Германии уже пять лет. Казалось бы, срок достаточный, чтобы не только выучить язык, но и перепрошить свои мозги под местный менталитет. Я научился сортировать мусор в пять разных баков, перестал переходить дорогу на красный свет даже в три часа ночи и привык, что магазины в воскресенье закрыты наглухо. Но есть одна вещь, которая до сих пор вызывает у меня, русского человека, смесь восхищения и дикого, зудящего раздражения. Это знаменитая немецкая дотошность...

Я работаю в международной строительной фирме уже лет десять и, честно говоря, думал, что видел в этой жизни всё. Я прекрасно знаю, что стройка - это всегда долго, грязно и муторно. Это норма, в которой я живу годами. Но на днях мой коллега, инженер из Китая, просто сломал мне мозг и заставил почувствовать себя динозавром. Мы сидели в бытовке, пили дрянной растворимый кофе и обсуждали очередной срыв графика на нашем объекте. Он послушал мое нытье, хитро улыбнулся и достал телефон со словами: "Смотри, как у нас дома строят...

Каждый раз, когда я пересекаю границу с Абхазией, у меня случается когнитивный диссонанс. Это чувство не проходит ни на второй, ни на десятый раз. Ты въезжаешь в страну невероятной, библейской красоты: горы, эвкалипты, море цвета бирюзы. И тут же, буквально через сто метров, ты попадаешь в декорации к фильму про апокалипсис. Разбитые дороги, дома с пустыми глазницами окон, следы пуль на фасадах, которые не штукатурили тридцать лет, и повсеместная, тотальная разруха. Но на фоне этих обшарпанных...

Суринам - это самая маленькая страна Южной Америки, но при этом самая зеленая в мире. Вдумайтесь в цифру: 97 процентов территории государства покрыто непроходимыми джунглями, густыми лесами и мангровыми зарослями. Природа здесь не просто фон, она - полноправный хозяин, агрессивный и беспощадный. Местные жители, которых на всю страну наберется едва полмиллиона, живут на крошечных, расчищенных клочках земли, буквально отвоеванных у леса. И эта война идет каждый день. В небольших городках создается стойкое ощущение, что джунгли наступают со всех сторон...

Жил он в глухой французской провинции в 19 веке, всю жизнь вкалывал на заводе и, честно говоря, плевал на тренды. Но именно он умудрился отрастить нечто такое, что нынешним модникам и в страшном сне не снилось. И да, в этой горе волос абсолютно реально жила кошка, и это не фотошоп той эпохи. Я раскопал историю человека, который должен был стать легендой Книги рекордов Гиннесса, но остался просто скромным работягой со старых открыток. Луи родился 26 февраля 1826 года в местечке Ванденесс. Это самый центр Франции, но не тот, где круассаны и Эйфелева башня, а суровый рабочий край...

Давайте честно, без прикрас. Я работаю в такси. Не "для души", как любят врать некоторые, а потому что это единственный способ сейчас поднять живые деньги здесь и сейчас. Чтобы чистыми, после вычета аренды машины, бензина (который дорожает быстрее, чем я успеваю моргать) и комиссии агрегатора, принести домой сто тысяч, я должен жить за рулем. Мой рабочий день - это 9-10 часов. Без выходных, без праздников, с одним выходным в две недели, чтобы просто отоспаться и не въехать в столб. У меня гудит спина, дергается глаз от пробок и навигаторов, но я пашу...