Поэзия и стихи

Я лежал с закрытыми глазами, делал вид что сплю, а сам, сквозь ресницы смотрел на нее. Вот она откинула смятый пододеяльник, поднялась с кровати и подошла к окну. За окном, осенней листвой пламенел клен, старый и неухоженный, как и само здание гостиницы. Неяркий, хотя и полуденный солнечный свет, отразившись от красных, мокрых листьев падал в окно и дальше на пол. Идеальный, золотисто-красноватый прямоугольник на рассохшимся, истертом паркете. Тело ее, на фоне светлого окна казалось темным и строгим,...

Существуют личности, чья жизнь напоминает приключенческий роман, где каждая глава пропитана пороховым дымом, ароматом экзотических стран и звоном поэтического слова. Николай Гумилев был именно таким. Основатель акмеизма, бесстрашный исследователь африканских саванн и герой Первой мировой войны, он казался неуязвимым. Однако август 1921 года поставил в этой захватывающей истории кровавую точку. Расстрел поэта в Петрограде стал не просто частной трагедией, а манифестом новой власти, объявившей войну самой свободе мысли...

На могильном камне Роберта Льюиса Стивенсона на острове Самоа, где он прожил последние годы и где его похоронили в 1894 году, выбито стихотворение — написанное им самим задолго до смерти. Вот лежит, где он хотел, Моряк, вернувшийся с моря, Охотник, вернувшийся с горы. Это кажется классически романтичным, почти банальным — пока не знаешь контекст. Стивенсон написал это стихотворение в тридцать с небольшим лет, в период тяжёлой болезни. Он думал, что умирает тогда. Не умер. Прожил ещё почти двадцать лет...

Их было пятеро. Пятеро заблудившихся студентов оккупировали скромную полянку. Стоя в тени старых кленов, я отлично видела их. Один, самый высокий, одет был как на лёгкую прогулку. Ероша волосы, он ходил вдоль полосы деревьев, то и дело складывал руки рупором и звал: — Ау, друзья, есть здесь кто живой? Девушка с завязанными в пушистый хвост огненнорыжими волосами, прикусив губу, изучала карту. Ещё одна девчушка, поменьше и поактивнее, бегала по поляне с телефоном в поисках связи. Четвёртый, в куртке-камуфляже, возился с тлеющими угольками костра...

19 июня 1939 г. после 17-ти лет эмиграции приехала Марина Ивановна с сыном Георгием – Муром – вернулась на Родину. И прямиком сюда. В Болшево. Родина встретила ее неласково. "Таможня была бесконечная. Вытряс<ли> до дна весь багаж, претрагив<ая> каждую мелочь, уложенную как пробка штопором. 13 мест, из к<отор>ых 1 оч<ень> б<ольшая>корз<ина>, 2 огр<омных> мешка, 1 корз<ина> с книг<ами> — уплотненная. Мурипы. рисунки имели большой успех. Отбирали не спросясь, без церемоний н пояснений. (Хорошо, что так не нравятся — рукописи!) Про рук<описи> не спросили — ничего...

Об этом эпизоде из жизни Сергея Есенина почти не рассказывают. И я даже не знаю, смеяться тут или плакать. Эпизод описан в книге Александра Казакевича "От великого до смешного" и часто используется в интеллектуальных вопросах...