Тогда и почём. СССР и 90-е

Мама до сих пор хранит в коробке из-под обуви школьные бумаги: мои дневники, свои старые грамоты и тетрадку, куда она записывала траты на каждого ребёнка. Я достал её, когда меня спросили, правда ли советская школа была бесплатной. Ответ такой: за обучение платить было нечего, а вокруг него копились расходы, и я их пересчитал. Своё в этой истории у меня только начало. Я пошёл в школу в 1991-м, при мне форму отменили, а столовая постепенно дорожала. Всё, что было до меня, я пересказываю по маминым записям, по рассказам учителей и по документам...

Отец умер в прошлом году, я разбирал его стол и нашёл записную книжку в коричневом переплёте. Обычные телефоны, адреса, а на развороте посередине — короткий список: «Валера — вокзал, суббота», «Люда 3 подъезд», рядом цифры без пояснений. 180, 250, 45. Показал маме. Она посмотрела секунд десять и сказала: «Это про джинсы. И про сапоги мои». Дальше два вечера я задавал вопросы, а она вспоминала. Получилась почти инструкция: как товар шёл от иностранца в гостинице до нашей квартиры в Колпино и почему на каждом шаге цена росла...

1978 год. Средняя зарплата по стране — 164 рубля в месяц, цифра Госкомстата. Меня тогда ещё на свете не было, я родился в 1984-м, поэтому семидесятые беру по бумагам и по маминым рассказам. Прошлой зимой разбирал отцовские полки и вытащил пачку гарантийных талонов, паспорт на телевизор и тетрадку, куда мама записывала, у кого и сколько заняли на покупку. Рядом положил прейскуранты тех лет, которые до сих пор ходят по справочникам, и посчитал шесть вещей. Сегодня они стоят в любой квартире и покупаются между делом...

«Второй ряд, подбородок выше. Руки на колени, мальчик с краю». Голос школьного фотографа я помню отчётливее, чем его лицо. Апрель 1994-го, наш двор в Колпино, мокрый после ночного дождя асфальт, солнце бьёт прямо в глаза, а нам велено смотреть в объектив и улыбаться. Альбом с теми карточками пролежал в родительском шкафу тридцать лет. Разбирал полки после смерти отца — вытащил его вместе с папкой квитанций и техпаспортом на холодильник. Тридцать четыре снимка. Портреты, класс в две шеренги, учительница у доски, чей-то букет в банке...

Разбирал отцовскую полку в серванте и нашёл жестяную коробку из-под монпансье. Внутри лежали трое часов, гарантийный талон и пара ремешков. Одни часы я помню с детства: отец заводил их по вечерам, и тиканье слышно было через стену. Здесь всё про советские наручные часы: кто что носил, сколько это стоило в получках и почём такие уходят сейчас. Цены считаю по канону зарплат, а стоимость часов даю диапазоном: единого прейскуранта у меня на руках нет, только каталоги и рассказы. Победа: часы первой послевоенной волны Мама рассказывала, что в её семье «Победа» была одной на всех мужчин...