Тихий Очаг

— Забирайте ребёнка домой, — сказал Валерий Андреевич и положил выписку на край стола. — Мы сделали всё, что могли. Матвей Сомов стоял в белом больничном коридоре в выцветшей штормовке и слушал, как чужой человек спокойным голосом отдаёт его внука на милость судьбы. Никто из врачей не догадывался, что в кармане старика лежит берестяная коробочка, из-за которой через полгода будет спорить весь профильный институт. В коридоре пахло хлоркой, мокрыми бахилами и кофе из автомата. Марина Сомова сидела на пластиковом стуле...

Марина Соколова стояла на обочине в промокшем сером пальто, с грязным подолом и темно-синей кожаной папкой под мышкой. Миллионер Эдуард Белов посмотрел на нее так, будто дождь принес к его машине мусор. Он еще не знал, что через два часа эта «бродяжка» будет решать судьбу его сделки на 460 млн рублей. --- Дождь зарядил не на шутку. Лил уже второй час. Неожиданно машина Марины заглохла. Заглохла намертво. Марина посмотрела на часы. 07:40. До переговоров оставалось меньше трех часов. Она не стала кричать...

В седьмом детском отделении Аню называли «тихоня». Так её представила утреннему обходу сама заведующая, Валентина Петровна: крашеная блондинка за пятьдесят, тугой пучок, накрахмаленный халат, золотые часы на запястье. — Тихоня. Сирота из приюта. Квоту ждём, денег пока нет. Она и подумать не могла, что эта «тихоня» уже целый месяц слушала каждый её шаг и запоминала каждое слово. Ане было семь. Худенькая, тёмные жидкие косички с выцветшими ленточками, большие серые глаза, застиранная пижамка в мелкий горошек...

Марину Серову взяли в клинику «Белый сад» туда, куда, по словам администратора, «не жалко поставить бывшую зэчку». Она мыла пробирки, оттирала засохшие пятна с подносов и молчала, когда врачи проходили мимо, будто рядом стояла мебель. Никто из них не знал, что в кармане её старого халата лежит серебристый зажим с гравировкой «М. Серова». В клинике пахло дорогим мылом, кофе из автомата и свежей краской. Полы блестели так, что в них отражались лампы. На стойке регистрации стояли живые орхидеи. У пациентов...

Охранник упёрся ладонью в плечо женщины в драном сером пальто и вытолкал её к стеклянным дверям. Младенец под старым шерстяным пледом тихо заплакал, а две продавщицы у витрины духов насмешливо переглянулись. Никто из них не догадывался, что через час к этому входу выстроится кортеж охраны — и двери распахнутся уже перед одной из хозяек этого блестящего мира. Торговый центр «Гранд-Пассаж» жил своей субботней жизнью. Пахло корицей, кофе и дорогим парфюмом. Полы блестели так, будто по ним не ходили, а скользили...