История с продолжением

Усталость после рабочего дня валила с ног. Дождь, начавшийся еще днем, теперь барабанил по асфальту, превращая огни города в размытые пятна. Я вызвал такси и вышел под подъезд, кутаясь в куртку. Машина подъехала мгновенно, что уже было странно - в такой час обычно приходилось ждать минимум десять минут. Белая, невзрачная иномарка. Взгляд автоматически скользнул по номеру: "636". Палиндром. "Занятно", - мелькнуло в голове. Дверь бесшумно открылась сама, приглашая внутрь. В салоне пахло старой кожей и чем-то еще - сладковатым и неуловимым, как запах увядших цветов...

Я всегда коллекционировал старые вещи, и эти карманные часы в серебряном корпусе сразу привлекли мое внимание. Продавщица сказала, что их сдали вместе с хламом из старой квартиры. Я купил их, не раздумывая. Первое, что я заметил, придя домой, - стрелки шли назад. Я решил, что это бред, игра света. Завел их, и они пошли как обычно. Но ночью я проснулся от ощущения, что за мной наблюдают. Часы на тумбочке тикали с неровным, прерывистым звуком. Я включил свет и замер: стрелки снова ползли против часовой стрелки, показывая 3:15 ночи...

Его звали Игорь. Он был серой мышью: никогда не выступал на совещаниях, не лез в драку за премии, работал молча. Когда пришел кризис и нужно было сокращать ставку, выбор пал на него. «Слабое звено», - сказал я на планерке. Он молча собрал вещи и ушел, даже не попрощавшись. Через месяц грянул гром. Наш самый крупный клиент, с которым мы работали 5 лет, внезапно ушел к конкурентам. На разборе полетов выяснилось, что новый исполнитель допустил фатальную ошибку в расчетах, которую старый клиент счел непрофессионализмом...

Выносил мусор и заметил в контейнере картонную папку. Из любопытства заглянул внутрь. Там был один-единственный детский рисунок, выполненный кривыми линиями красного и черного карандаша. На нем была изображена наша многоэтажка, а на балконе нашего с женой этажа - корявый человечек с большой черной точкой вместо головы. Показал жене - она помрачнела. «Выбрось эту ерунду, не неси оккультизм в дом», - сказала она. Я послушался, но сфотографировал рисунок на телефон. На следующее утро мы проснулись от запаха гари...

В нашей семье из поколения в поколение передавалась нелепая байка о том, что наш род происходит не отсюда. Дескать, прадед приехал из загадочной страны, которую ни на одной карте не найти. Все считали это вымыслом, пока я не забрался на чердак старого бабушкиного дома. Я нашел железную шкатулку. Внутри, под слоем пожелтевших писем, лежала пачка фотографий. На одной из них был запечатлен мой прадед, стоящий на фоне невероятного здания. Оно было похоже на дворец из восточной сказки, с ажурными арками и золотыми куполами...

Это произошло в давке утреннего метро. Мимо меня протиснулась женщина в темном плаще, и я почувствовал, как в ладони зажали маленький, смятый клочок бумаги. Я обернулся, но ее уже поглотила толпа. «Что за бред?» - подумал я, развернув записку. На ней было всего семь цифр. Ни имени, ни подписи. Только число: 2311207. Я не придал этому значения, списав на чью-то глупую шутку. Записка валялась в кармане куртки всю неделю, пока я не забыл о ней окончательно. Ровно через 7 дней моя жизнь перевернулась...

Каждый стук от сверла, каждый громкий смех из моей квартиры заканчивался звонком в дверь. На пороге стояла она - Марья Ивановна. «Молодой человек, уважайте покой стариков», - бубнила она каждый раз одно и то же. Мы с женой злились. Лишь на крики нашего двухлетнего сына она никогда не жаловалась. Странно, думали мы. Наверное, просто не слышит. В день, когда ее не стало, в подъезде было непривычно тихо. Мы пришли на похороны отдать последний долг. В ее квартире, пахнущей лекарствами и лавандой, мы разговаривали с редкими родственниками...

Он сидел под дождем у подъезда, мокрый и жалкий. Большие умные глаза смотрели на меня с таким мольбой, что я не выдержал. «Только на одну ночь», - сказал я себе, впуская в квартиру грязного пса. Жена была против, но той ночью я был героем. Тихий укус, который все изменил. Утром пес вел себя странно. Я наклонился, чтобы погладить его, а он резко, почти беззвучно, впился мне в руку. Не сильно, не до крови, но достаточно, чтобы оставить синяк и шок. Жена в ужасе кричала: «Я же говорила! Бешенство!» Пес тут же поджал хвост и забился в угол, словно не понимая, что натворил...

Вскрытие конверта с завещанием заняло всего пару минут. Все свое состояние - а это был старый, видавший виды дом в глухой деревне - тетя Ольга завещала мне. Последняя воля была изложена ниже, всего в одной строчке, обведенной красной ручкой: «Никогда, ни при каких обстоятельствах, не спускайся в подвал.» Первая ночь в новом доме. Слова незнакомого нотариуса эхом отдавались в голове: «Старушка была чудаковатой, но деньги за оформление платила исправно». Я стоял посреди гостиной, пахнущей пылью и яблоками, и чувствовал себя полным хозяином...