Теории жизни: блог Рамиса Латыпова

Блогер, занимающаяся составлением шежере (родословных) и ведущая группу «Туганнар» Диляра Гафиатуллина рассказала о давно существующей у татар традиции, называемой «тәлинкә яздыру», которая сохранилась и сегодня. «Эта практика называется «тәлинкә яздыру, тәлинкә яздырып өшкерү» написание молитв на тарелке для исцеления. В зависимости от того, какой длины молитва, берут посуду разного размера. Если делают для всей семьи, могут взять даже большие миски. Если для одного человека – используют тарелку: плоскую, но немного углублённую...

В 1999 году появился ИНН. А у тюрко-татар ещё в древности существовал свой ИНН. Я немного преувеличиваю ради образности — это гипотеза, связанная со словом «сан» — число. Тема изучена мало. Но у татар существовали древние единицы измерения, и давно, со времён древнетюркских государств, вёлся точный учёт как населения, так и имущества. Это было необходимо для сбора налогов. Историк Лев Гумилёв пишет, что традиция точного учёта, возможно, пришла от китайцев. Тюрко-татарское общество для удобства учёта делилось на десятки, сотни, тысячи, тумены...

Татарский обряд «киленгә су юлы күрсәтү» — показ невесте дороги к воде, к роднику — сегодня часто воспринимается как красивый свадебный фольклор для фотосессий. Однако, как рассказывает главный специалист по фольклору Татарстана, руководитель проекта «Татарские реликвии» Фанзиля Завгарова, за этим обычаем скрывается древнее представление о воде как о священной силе и источнике жизни. Татары относились к воде с огромным уважением, и это находило отражение в обрядах, поверьях и повседневной жизни...

В Национальной библиотеке, в зале «Моң», я наконец тоже посмотрел спектакль Нурбека Батуллы «Моң». Это произведение о моңе, рожденном из отсутствия самого моңа. Произведение будто одновременно моңлы и совсем не моңлы. Моң — это особое явление в татарском мире. Его переводят и как «мелодия души», и как «состояние души», и как печаль, и ещё множеством других слов. Но ни один перевод не передаёт его до конца. Постановка как раз и посвящена этому слову, которое невозможно полноценно перевести на русский язык...

Вы, наверное, уже знаете: не только люди, но и животные разговаривают на разных языках. Например, русская утка говорит «кря-кря», английская — «квак-квак», французская — «куэн-куэн», румынская — «мак-мак», датская — «рап-рап». Татарская утка кричит «бак-бак». Утка бакылдый, и про человека, который много болтает, тоже говорят: «бакылдый». И загадка есть такая: «Нос совочком — болтун, много говорит, трепло». Собака по-русски говорит «гав-гав», по-английски — «вуф-вуф», по-арабски — «хау-хау», по-китайски — «ван-ван»...

Хөрәсән. Так у татар называют очень ленивого человека. Хорасан — это историческая область в Центральной Азии. В неё входили территории современного северо-восточного Ирана, южного Туркменистана, части Узбекистана, западного Афганистана и Пакистана. В Иране есть провинции с таким названием. С персидского «Хорасан» переводится как «солнечная сторона». Хорасан известен на весь мир производством шафрана, барбариса, коврами, а также тем, что там родились Омар Хайям, Ибн Сина, Фирдоуси. Почему же у татар «хөрәсән» стал символом лени и тунеядства? Хорасан был одним из центров суфизма...

Есть Красная книга — в неё заносят виды, которые нужно сохранять. А есть Чёрная — туда попадают те, численность которых необходимо сокращать. Речь об инвазивных видах — растениях и животных, завезённых из других регионов и бесконтрольно размножающихся, угрожая местной природе. У таких «пришельцев» нет естественных врагов, поэтому они быстро захватывают территории и вытесняют местные виды. В результате могут исчезнуть леса и луга, формировавшиеся тысячелетиями, а вместе с ними — привычная среда обитания человека...

Акция «Мин татарча сөйләшәм» («Я говорю по-татарски») прошла в Казани в очередной раз. На этот раз — в Казанском Кремле. Начну с проблемного. Обсуждали это с друзьями: в последнее время мы приуныли — всё думаем о своём исчезновении, пережёвываем пресловутый Инкираз, рассуждаем об упадке. Но у нас есть народ, который по собственной воле приходит на Праздник поэзии — Шигырь бәйрәме, чтобы слушать стихи. Никто их не заставляет! И на «Мин татарча сөйләшәм» приходит немало молодых людей. Несмотря на...

Татары любят всё большое и изобильное. В народе есть представление, что чего бы то ни было должно быть много — это отражено и в пословицах. Например, говорят: «Мулда бәрәкәт» — в изобилии благодать. То есть если чего-то много, если оно большое, то и благодати от этого больше. Поэтому во многих местах татары стремятся строить большие дома — настолько, насколько позволяют возможности. И это связано не с одной причиной, а с целым комплексом культурных, семейных и социально-экономических факторов. Традиционно...

У татар существуют особые названия для двух метелей — карга бураны (грачиная метель) и сыерчык бураны (скворцовая метель). Карга бураны — это метель, которая случается после возвращения грачей. Дни начинают теплеть, снег тает, возвращаются грачи, и кажется, что весна уже окончательно наступила. Но внезапно поднимается метель, холодает, и грачам становится очень трудно. Сыерчык бураны приходит после возвращения скворцов. Это последняя снежная буря. Скворцы прилетают, откладывают яйца, готовятся вывести потомство...

Чем велик Тукай? Во-первых, его поэтический талант. Как он сам говорил, он словно отлит поэтом. Тот же «Шурале» — это ведь просто герой татарского фольклора, одна из сказок. Но во что он его превратил — в настоящий шедевр. Татарский фольклор богат, там не один Шурале, но ни про одного героя нет такого совершенного произведения. Посмотрите «Пар ат»: когда читаешь, будто и правда слышишь, как скачет конь. Это не просто стихи — это живое движение, звук, ритм. Во-вторых, его произведения народные. Тукай сделал язык живым, понятным людям, начал писать так, как люди реально говорили...

В Театре Тинчурина посмотрел спектакль Айдара Заббарова по пьесе Шарифа Хусаинова #әникилде #Мама приехала Спектакль вполне можно было бы назвать трагедией неумения говорить друг с другом. Это и есть сама жизнь: каждый по-своему виноват и в то же время по-своему прав. Говорят: Олы сөйләшмә, олы телем икмәк күтәр —Не произноси громких слов, лучше подними большой кусок хлеба. Этими словами можно ответить и тем, кто уверен: «Я хорошо воспитал своих детей, мои — не такие», и тем, кто спешит обвинить мать в «неправильном воспитании»...