Татьяна Райтер | Истории, которые пишу

Глава 1 из 4. Двадцать четыре тысячи триста. Тамара Ивановна пересчитала пенсию второй раз, разложив купюры на покрывале веером, как карты. Потом достала из кошелька мелочь и пересчитала её тоже. Билет до Судиславля стоил четыреста двадцать рублей. Оттуда до Заболотья ходил школьный автобус, который за полтинник подвозил и взрослых. Если не обедать в дороге, хватало с запасом. Она сложила деньги обратно и посмотрела на дверь. За дверью по коридору пансионата «Берёзка» катили тележку с ужином. Колёсико у тележки скрипело, как всегда, на одной ноте...

– Меня сократили, Витя, – сказала Люба в трубку. – С понедельника. Весь отдел под нож. Светлана из отдела кадров сидела напротив, на стуле для посетителей, и кивала так энергично, что у неё звенели серёжки. Это она всё придумала. Она же и написала Любе на листке, что говорить дальше, крупными буквами, как для первоклассницы. – Как сократили? – Виктор помолчал. – Совсем? – Совсем. Денег дали два оклада, и до свидания. Я к сестре в деревню уезжаю. В Сосновку. Надолго. – А квартира? Светлана подняла палец и одними губами сказала: «Вот! Про квартиру спросил!» – Квартиру сдам, – сказала Люба...

Глава 2 из 2 Начало рассказа здесь: Тёма стоял посреди зала в своих тапках и ждал ответа про кота. Костя всё ещё держался за дверную ручку. Дождь за витриной пошёл гуще, и стекло стало рябым. – Здрасьте, – сказал Тёма чужому дяде. – Вы за венком? Мама вкусно венки делает. – Красиво, – поправила Оксана. – Не вкусно, а красиво. – Красиво, – согласился Тёма. – А вы кто? Костя отпустил ручку. Присел, чтобы глаза оказались вровень с мальчиком, и не нашёл, что сказать. Только смотрел на вихор, на ухо, на круглый подбородок с ямкой...

Глава 1 из 2 – Пишите: «Любимой маме». Нет, подождите. «Дорогой маме от сына». Оксана вывела на чёрной ленте первую букву и не подняла головы. Золотая краска легла ровно. Голос она узнала с первого слова, но кисточка в руке не сбилась. – Буквы какие будут? – спросила она. – Обычные. Как у всех. Мне главное, чтобы к пятнице. – К пятнице будет. Мужчина переступил с ноги на ногу. Под ботинками скрипнул песок: подмести у порога Оксана с утра не успела. Она видела край его куртки, серой, с оттянутым карманом, и руку на прилавке...