Татьяна Корчагина

После расставания люди говорят: «Мне больно, хотя это было правильное решение». Вот почему. Боль после расставания — это не всегда боль по человеку. Часто это боль по версии себя, которая существовала в этих отношениях. По надеждам, которые с ними связывались. По будущему, которое уже было придумано. По ощущению, что кто-то тебя знает. Это потеря. Даже если отношения были плохими. Даже если уйти было единственно верным решением. Психика не всегда справляется с этим быстро, и это нормально...

Всё есть, а радости нет. Работа есть. Семья есть. Здоровье тоже. Всё, что «должно» делать человека счастливым, на месте. А внутри — пустота. Или скука. Или странная тоска, которую не объяснить. Это один из самых сложных запросов, потому что снаружи всё в порядке. И это само по себе сбивает с толку: «Как мне жаловаться, когда у других хуже?» Но отсутствие смысла — это не каприз и не неблагодарность. Это психическая реальность, которая требует внимания. Смысл не дан нам автоматически. Его нельзя получить извне — через правильную работу, правильного партнёра или правильный образ жизни...

Мы выбираем одних и тех же людей. Снова и снова. Партнёры разные, ситуации разные, а сценарий один и тот же. Опять кто-то недоступный. Опять кто-то, кто не слышит. Опять отношения, в которых вам приходится становиться меньше. Это не невезение. Это бессознательный выбор. И он всегда чему-то служит. Мы тянемся к тому, что знакомо. Не к тому, что хорошо. К тому, что узнаваемо. Потому что незнакомое, даже если оно лучше, вызывает тревогу. Привычная боль безопаснее незнакомого счастья. Именно поэтому «просто выбирать по-другому» не работает...

Я не понимаю, кто я теперь. После развода. После увольнения. После переезда в другую страну. После того как дети выросли и разъехались. После болезни. После того как рухнул проект, которому вы посвятили годы. Есть момент, когда жизнь меняется так радикально, что прежняя идентичность — «я жена», «я руководитель», «я мать маленьких детей» — больше не работает. А новая ещё не собралась. Это пространство между — одно из самых трудных. Не потому, что в нём что-то случается. А потому что в нём ничего нет...

Никто не говорит вам заранее, что материнство может быть одиноким. Вы готовились. Читали книги, ходили на курсы, представляли, как это будет. А потом ребёнок появился, и стало совсем не так, как вы думали. Не потому, что вы плохая мать. А потому что материнство — это не только нежность и счастье. Это ещё и потеря. Потеря себя прежней, своего ритма, своей свободы, а иногда и своей профессии, своего тела, своих отношений с партнёром...

Выгорание — это не усталость. Усталость проходит после сна. Выгорание — это когда вы выспались, отдохнули, съездили в отпуск. И всё равно встаёте утром с ощущением, что вам не хочется никуда идти. Оно приходит не потому, что вы делали слишком много. Хотя и это бывает. Оно приходит, когда вы слишком долго делали что-то не то — не своё, не в своём ритме, не ради своих смыслов. Когда между тем, что вы делаете, и тем, кто вы есть, образовался разрыв. Многие приходят ко мне с запросом «я не могу работать» или «мне ничего не хочется»...

В прошлом году я была на психоаналитической конференции Европейской Психоаналитической Федерации, которая проходила в итальянском городе Триест. Да-да, в том самом городе, где Джеймс Джойс, сидя за столиком Caffè Stella Polare, начал писать свой главный шедевр — «Улисс». Он приехал сюда в 1904 году из Ирландии преподавать английский язык — и остался на целых 11 лет. Его можно понять. Триест умеет очаровывать: панорамой города, одновременно горной и морской, архитектурой, соединившей западно- и восточноевропейские мотивы, и, конечно, уютными кофейнями...

«Я не знаю, чего хочу» — одна из самых частых фраз, которые я слышу в начале работы. Звучит как простой запрос. Но за ним почти всегда стоит история о том, как человек научился хотеть «правильно». Не то, что хочется, а то, что должно хотеться. Не то, что чувствуется, а то, что допустимо чувствовать. Часто это происходит незаметно, с детства. Когда желания ребёнка встречались с тревогой родителей, с осуждением или равнодушием, он учился их прятать. Сначала от других...

Тревога — это не проблема. Это послание. Только мы разучились его читать. Вместо этого мы пытаемся тревогу заглушить, отвлечься, «подышать», занять себя чем-то срочным. Иногда это работает. На час. Но потом она возвращается. И начинает звучать чуть громче, чуть настойчивее. Есть что-то глубоко человеческое в том, как мы обращаемся с тревогой. Мы боимся её и поэтому не слушаем. А она продолжает говорить. В психоаналитической работе мы не пытаемся тревогу «убрать». Мы пытаемся понять, о чём она. Что за ней стоит — какой конфликт, какая утрата, какое желание, которое не нашло себе места...

Уехать — это не просто сменить страну. Это потерять контекст, в котором вы знали, кто вы. Язык, которым думаете. Запахи, которые означали «дом». Людей, которые помнят вас молодыми, или вообще помнят. Многие, кто уехал, описывают одно и то же: сначала — облегчение или эйфория. Потом — странная пустота, которую сложно объяснить, потому что «всё нормально». Потом — усталость. Иногда ощущение, что вы потеряли сами себя, хотя снаружи жизнь вполне устроена. Это не слабость и не неблагодарность. Это нормальная психическая реакция на очень ненормальные обстоятельства...

Что такое психоанализ и психоаналитическая психотерапия? Чем они отличаются и как работают? Что такое психоанализ? Психоанализ — это одновременно и метод клинического лечения, и способ изучения и исследования психики. Он исследует опыт, переживаемый в настоящий момент времени психоаналитиком и пациентом, для получения новых знаний о бессознательных желаниях и страхах. Эти бессознательные проявления в жизни человека находятся под влиянием различных факторов, уникальных для каждого, таких как детский...

Как в психоаналитической традиции оценивается прогресс в улучшении психологического здоровья? Рассмотрим десять основных признаков психологических изменений и роста, свидетельствующих о значительной положительной динамике в психотерапии*. 1. Формирование безопасной привязанности. Движение от менее безопасного к более безопасному стилю привязанности в близких отношениях. Благодаря психотерапевтической работе происходит постепенная интернализация модели безопасных и надежных отношений. 2. Уверенность в постоянстве себя и других...