Clemence Taralevich

Как заевшая пластинка, я с возрастом — или, вернее, по мере того как лучше узнаю мир, — всё чаще повторяю себе и окружающим одну и ту же мысль: за последние сто лет изменилось удивительно мало, особенно сами люди. Почему именно сто? Потому что мне особенно интересно изучать XX век. Хотя я уверен, что люди XX века по сути мало отличались от людей XIX столетия, те — от людей XVIII, и так далее. Сегодня я попробую проиллюстрировать этот тезис, рассказав о мемуарах девушки из, пожалуй, самого яркого британского семейства XX века — The Mitford family...

Завожу себе новую традицию — обозревать ежегодный список британского The Sunday Times Magazine самых богатых семей Британии, т.н. Rich List, в данном случае за 2026 год. Список прошлого года можно посмотреть у меня в блоге здесь. Интересны нам, разумеется, выходцы из бывшего СССР, исключая представителей титульных национальностей прибалтийских республик — эти люди не наши ни духовно, ни социально. Список состоит из 300 семейств. Самая богатая семья — Хинду́джа — может похвастаться состоянием в £38 млрд, а самый «бедный» участник списка располагает £425 млн...

Давненько я не посещал лондонские кладбища в поисках могил людей из бывшего СССР и Российской империи, ибо это бесплатное удовольствие оказывается весьма дорогим по времени. Мне недостаточно просто пройти кладбище по касательной: я хочу обойти его полностью, ряд за рядом, чтобы ничего не пропустить. Правда, моя задача несколько облегчается тем, что кладбища британской столицы и ближайших пригородов я уже в основном обошёл, поэтому при повторных визитах мне нужно проверять прежде всего участки с новыми могилами...

Моя читательская аудитория, по понятным причинам, в первую очередь знакома с моими текстами. Однако те, кто давно следит за моим творчеством, вероятно знают, что изобразительное искусство я люблю не меньше литературы и неоднократно пробовал себя и на этом поприще. Уже несколько лет я веду большой проект, собирая информацию о постсоветских и восточноевропейских местечках Лондона — небольших бизнесах, кафешках, ресторанчиках, домах культуры, церквях. Мои статьи на эту тему можно прочитать на страницах лондонского издания Akcent...

Двадцатые годы XXI века в русском языке всё чаще называют «тёмными двадцатыми». Это определение во многом оправдано: по ряду критериев наблюдается скорее регресс — от войн между некогда близкими странами и даже народами (что влечёт за собой целый ряд неприятных явлений, включая культурные запреты в России и на Украине, а также экономические ограничения в отношении России на Западе), через предшествовавший этому крайне мутный международный кризис с беспрецедентными ограничительными мерами и безумной...

Побывав намедни в Белграде уже во второй раз, я хочу поделиться с читателями новой подборкой примечательных фотокарточек и несколькими страницами собственных впечатлений. В Белграде я навещаю близких товарищей, поэтому мое знакомство с городом трудно назвать по-настоящему туристическим. При этом прямого контакта с сербами и их культурой у меня почти нет — если не считать собственной любознательности, из-за которой я прочел около десятка книг на русском и английском об истории этой страны, главным образом о XX веке...

Красавице многое прощают — так же, как и умнице. А когда красота и ум соединяются в одном человеке, когда к этому добавляется аристократическое происхождение, но при этом в характере отсутствует снобизм и холодная надменность, очень трудно не подпасть под обаяние такой барышни, даже если в её биографии встречается что-то колючее. В данном случае речь идёт не о каких-то абстрактных рассуждениях, а о вполне конкретной героине — советско-британской журналистке Марии Ильиничне Слоним. Поводом же для...

С началом интересных событий четырёхлетней давности, когда впервые за несколько десятилетий русскоязычная эмиграция обрела отдельный статус, существование и ореол, отличные от материковой России, я решил завести себе новое хобби — обозревать и коллекционировать книги современных эмигрантов. Во-первых, будучи сам достаточно опытным эмигрантом, я считаю себя неплохим экспертом по теме. Во-вторых, уже несколько лет увлекаясь наследием русской эмиграции XX века, я понимаю, насколько это нишевая область и насколько малы эмигрантские тиражи...

Обладая за плечами более чем десятилетием лондонской жизни, позволю себе заметить: к середине 2020-х мультикультурализм, похоже, начал приедаться самим англичанам. Это чувствуется не только в политическом дискурсе и в комментариях под новостями; но и в том, о чём они шепчутся между собой на dinner parties, или в тех разговорах, которые ведут по телефону в автобусе, не особенно стесняясь присутствия тех самых иммигрантов; это также заметно по моде на вывешивание британских и английских флагов, и растущей популярности новых партий вроде Reform UK и Restore Britain...

Путешествия в моей жизни по ряду обстоятельств случаются не так часто, поэтому каждый выезд я особенно ценю и стараюсь выжать из него максимум. На этот раз хочу поделиться впечатлениями от поездки во второй по значимости город Англии — а возможно, и всей Британии — Манчестер. Формально Бёрмингем и Глазгоу превосходят его по численности населения, однако если учитывать агломерацию Greater Manchester, которая сравнительно недавно получила официальные административные границы и собственного мэра, Манчестер...

Во время осенней поездки в Белград мне бросилось в глаза, что почти в каждом книжном магазине сербской столицы на витрине лежала одна и та же новинка — роман «Последних русских видели в Белграде» (2024), причём сразу в двух версиях — на сербском и русском. Быстрый поиск подсказал, что автор — наша соотечественница Елена Зелинская, переехавшая на Балканы в середине 2010-х, а ее роман построен на двух параллельных историях о русских белградцах разных волн — белоэмигрантской и нынешней, релокантской...

Што б вам не свратити у Руски Београд? За эти три или пять лет — кому как удобнее считать — мир, и особенно наш русскоязычный мирок, пережил сдвиг тектонических масштабов. Одним из его следствий стало появление на карте нового «Русского Белграда» — города, где сегодня живёт, по неофициальным подсчётам, около 200 тысяч наших соотечественников из полутора миллионов жителей. Конечно, Белград — не единственная новая точка на карте российской диаспоры. Есть Тбилиси, Ереван, Стамбул и ещё с десяток мест, куда потянулись люди после 2022 года...