Заметки о прочитанных книгах

Как заевшая пластинка, я с возрастом — или, вернее, по мере того как лучше узнаю мир, — всё чаще повторяю себе и окружающим одну и ту же мысль: за последние сто лет изменилось удивительно мало, особенно сами люди. Почему именно сто? Потому что мне особенно интересно изучать XX век. Хотя я уверен, что люди XX века по сути мало отличались от людей XIX столетия, те — от людей XVIII, и так далее. Сегодня я попробую проиллюстрировать этот тезис, рассказав о мемуарах девушки из, пожалуй, самого яркого британского семейства XX века — The Mitford family...

Красавице многое прощают — так же, как и умнице. А когда красота и ум соединяются в одном человеке, когда к этому добавляется аристократическое происхождение, но при этом в характере отсутствует снобизм и холодная надменность, очень трудно не подпасть под обаяние такой барышни, даже если в её биографии встречается что-то колючее. В данном случае речь идёт не о каких-то абстрактных рассуждениях, а о вполне конкретной героине — советско-британской журналистке Марии Ильиничне Слоним. Поводом же для...

С началом интересных событий четырёхлетней давности, когда впервые за несколько десятилетий русскоязычная эмиграция обрела отдельный статус, существование и ореол, отличные от материковой России, я решил завести себе новое хобби — обозревать и коллекционировать книги современных эмигрантов. Во-первых, будучи сам достаточно опытным эмигрантом, я считаю себя неплохим экспертом по теме. Во-вторых, уже несколько лет увлекаясь наследием русской эмиграции XX века, я понимаю, насколько это нишевая область и насколько малы эмигрантские тиражи...

Во время осенней поездки в Белград мне бросилось в глаза, что почти в каждом книжном магазине сербской столицы на витрине лежала одна и та же новинка — роман «Последних русских видели в Белграде» (2024), причём сразу в двух версиях — на сербском и русском. Быстрый поиск подсказал, что автор — наша соотечественница Елена Зелинская, переехавшая на Балканы в середине 2010-х, а ее роман построен на двух параллельных историях о русских белградцах разных волн — белоэмигрантской и нынешней, релокантской...

Пускай «Ревущие двадцатые» XX века отдаляются от нас всё дальше, по своему содержанию эта эпоха может стать отражением нашего недалёкого будущего. По завершении Первой мировой войны в Европе началась новая историческая эпоха с новыми границами, государствами, идеологиями, технологиями, социальными строями. Новизна приходила постепенно, а настоящее было покосившимся, обедневшим, разочарованным, и озлобленным. Главным образом это касалось «потерянного поколения» — то есть тех, на чью юность и взросление пришлись драматические 1910-е годы...

Буду честен: большая часть контента релокантов, особенно публицистика, меня мало привлекает. На мой вкус, она второсортна. Если хочется прочитать претензии к России, проще обратиться к украинскому или западному контенту — он разнообразнее, яростнее, а в случае украинцев ещё и действительно достаточно подкован в знании нашего культурного контекста. Если речь о западных «культурных войнах», то тут и вовсе нет смысла читать второсортных бывших московских и питерских хипстеров: мейнстримные и альтернативные западные медиа разбираются куда лучше...