Истории из жизни от подруги

Запах сырости въелся в стены, в нашу поношенную одежду, в саму кожу. Пять лет. Пять лет в этой подвальной комнатке с единственным окном под потолком, в которое видны были только чужие подошвы и окурки...

Иногда мне кажется, что вся моя взрослая жизнь началась с хрустящего звука пятитысячной купюры, которую бабушка сунула мне в руку на выпускном. Не «на мороженое», а с серьезным, почти суровым взглядом: «На жизнь, Алина...

Дождь стучал по стеклу такси, растягивая огни ночного города в цветные полосы. Я смотрела на них, пытаясь унять дрожь в руках. Не от холода. От унизительного, липкого адреналина, который все еще гудел в жилах после встречи выпускников...

История началась с дождя. Осеннего, мелкого, назойливого, как комариный писк, превращающего серый асфальт перед главным корпусом университета в глянцевое, холодное зеркало. Я бежала, прикрываясь потрепанным...

Меня зовут Елена. Мне тридцать четыре года, и у меня есть всё, о чем, как считается, должна мечтать женщина: муж, сын, квартира в панельной девятиэтажке на окраине города, работа бухгалтером в небольшой фирме...

Пыль. Ее было так много на чердаке маминого дома, что она стояла в воздухе густым, золотистым туманом в луче света из слухового окна. Каждая моя ступенька по скрипучей лестнице поднимала новые клубы, заставляя чихать...

Меня зовут Лика. Или, скорее, меня *звали* Ликой до семи лет. В детском доме №3 города N у меня не было имени. Была фамилия — Петрова, данная по приюту, и номер в журнале — 47. Ликой меня назвали *они*...

Меня зовут Алина. Мне тридцать четыре года, и я до сих пор живу в городе, где родилась. Не потому что не смогла уехать, а потому что не захотела. Здесь мои корни, моя работа, которую я люблю (я архитектор в небольшой, но уважаемой мастерской), и, самое главное, здесь мои родители...

Меня зовут Анна. И этот рассказ – не о предательстве. Нет. Это слишком мелкое слово для того, что они со мной сделали. Это история о том, как из тебя вытряхивают душу, как пустой кошелек, на пороге твоего же дома...

История началась не с крика, а с тишины. Именно эта тишина, густая и липкая, как смог над ночным городом, разбудила Елену. Она лежала на краю широкой кровати, спиной к теплому пятну, где только что был Игорь...

Первый звонок еще не прозвенел, а в школе уже царило предуроковое оживление. Я шла по коридору, прижимая к груди стопку свежеотпечатанных тестов по литературе, и думала о том, как сегодня буду разбирать с восьмым «Б» образ Татьяны Лариной...

Все началось с невинного, как казалось Игорю, разговора за ужином. Он отложил вилку, отпил дорогого красного вина, которое выбирал всегда сам, и сказал тоном, не терпящим возражений: — Знаешь, Ань, нам нужно пересмотреть наш бюджет...