Литературный блог Владимира Суворова

Когда Николая Джумагалиева под конвоем привезли в спец психбольницу, день был сер и мрачен. Здание, спрятанное за высоким бетонным забором, больше напоминало тюрьму, чем лечебное учреждение. Над воротами, где крупными буквами было написано «Особый контингент», сидел часовой с автоматом, а по обе стороны, тянулась колючая проволока. Машина, въехав на территорию, остановилась недалеко от проходной. Сухощавый санитар с толстой связкой ключей открыл заднюю дверь «Рафика» и кивнул: – Добро пожаловать в санаторий...

Прошло два месяца, после выписки из психиатрической больницы. Николай Джумагалиев снова жил на окраине Узун-Агача, в своем старом доме с покосившимся забором и облупленной калиткой. Дом стоял чуть в стороне от дороги – серый, обветшалый, будто сам старался быть незаметным. И Джумагалиев стал таким же – тихим, ровным, будто растворившимся среди обыденных лиц. Соседи видели, как он по утрам выходит во двор, чинит крышу сарая, носит ведра с водой из колонки. Никто не замечал в нём чего-то необычного...

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ЧИТАТЕЛЮ! ━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━ Это произведение предназначено исключительно для читателей старше 18 лет! Книга основана на реальных событиях, а некоторые описания могут показаться слишком правдивыми и тяжёлыми. В тексте присутствуют: • сцены убийств и жестокости, • подробные описания насилия, • элементы каннибализма, • психологическое давление, • эпизоды, способные вызвать эмоциональный дискомфорт. Содержание книги может оказаться травмирующим для неподготовленного читателя. Людям...

20 лет спустя. Область. Психиатрическая клиника №14. Спец отделение. Николай Мельник сидел за столом. В комнате было пусто, только под самым потолком видеокамера в углу и яркая лампа над головой, надежно закрытая металлической решеткой. Он держал в руках деревянную ложку и поглаживал её как домашнее животное. — Вы не против, если я… я буду говорить не громко? — его голос был ровным, почти интеллигентным. — Просто… здесь всегда шум. В головах, в стенах. А когда приходит тишина — это как… соус, знаете? Лёгкий, с дымком...

Деревня Подлески. Поздняя осень. Сумерки. Избы смотрели друг на друга выбитыми глазами окон. Сырые доски, обвалившиеся заборы, выжженная трава. На улицах – никого. Ни собак, ни людей. Только ветер, как старик с астмой. В одном из домов, в самом большом, двухэтажном, обшитом досками, на первом этаже – земля вместо пола, только кое где местами еще имеются доски, серые, грязные, с гнилью. Печь, вымерзшая у одной из стен. Железная кровать с провалившимся матрасом. И мужчина. Старик. Лет под восемьдесят...