Сюрреалистические притчи

Февральская изморозь 2026 года осела на панорамных окнах жилого комплекса «Нордик» серой зернистой коркой. Сквозь это мутное марево элитная новостройка казалась неприступной крепостью, обнесенной электронными рвами. Галина Ивановна стояла в самом центре прихожей. Крохотная, затерянная в стерильном пространстве холла, она напоминала обломок другой эпохи. Вокруг неё, словно верные стражи, застыли пять клетчатых полипропиленовых сумок. От них исходил густой, почти осязаемый аромат: смесь нафталина,...

Настя проснулась от звука ключа в замке. Семь утра. Она ещё не встала с постели, а свекровь уже здесь. Людмила вошла в квартиру, неся пакеты с продуктами. Её голос прорезал тишину: — Артёмушка! Я принесла пирожки! Настя закрыла глаза, досчитала до десяти. Артём уже выскочил из ванной, обнял маму: — Мам, ты так рано! — Я знаю, что ты любишь свежие. С мясом, твои любимые. Настя вышла на кухню в халате. Людмила окинула её критическим взглядом: — Настенька, ты ещё не одета? Уже утро! — Доброе утро, Людмила Ивановна...

Лиза Страхова была высечена из холодного пиксельного льда. В офисе «Авангард-Капитала», среди гула серверов и мерцания мониторов, она казалась верховным жрецом цифрового хаоса. Ее пальцы порхали над клавиатурой, как крылья ночного мотылька, и каждое нажатие клавиши могло вознести человека на вершину или втоптать в грязь. Сегодня она уволила ведущего трейдера. Без криков, без эмоций — просто заблокировала доступ и стерла его из системы координат компании. Она была «золотым стандартом» безопасности, женщиной, чье сердце, казалось, билось в ритме двоичного кода...

Мы открыли кафе на деньги моих родителей в мае. Три миллиона рублей — сбережения за двадцать лет. Отец отдал без вопросов, когда Артём взял меня за руку и сказал: «Мы создадим что-то своё. Наше». Глаза у него блестели. Я верила. Верить было так легко. Ирина Петровна — его мама — плакала на открытии. Обнимала всех посетителей. Говорила официанткам: «Вы теперь моя семья». Я улыбалась. Думала — какая тёплая женщина. Как повезло Артёму с матерью. Как повезло мне — она примет меня как родную. Отец попросил расписку...

Я вышла за Андрея потому что он был стабильным. Не потому что сердце замирало, когда он входил в комнату. Не потому что хотелось целовать его каждую минуту. А потому что он работал бухгалтером в одной фирме семь лет, получал шестьдесят пять тысяч в месяц и никогда не пил по будням. Мама сказала у алтаря, прижимая букет к моей груди: — Никакой романтики. Но стабильность — это надёжнее любви. Запомни это. Андрей стоял рядом в дешёвом костюме, купленном в «Снежной Королеве». Улыбался. Глаза светились...