Сюрреалистические притчи

Павел бросил спортивную сумку у порога и тяжело опустился на пуфик. От его куртки пахло пылью и бензином — привычный запах последних четырех лет, когда каждые выходные он уезжал на «шабашки». Я потянулась, чтобы повесить его ветровку на крючок, перекинула ткань через руку. Из бокового кармана на линолеум выпал смятый бумажный прямоугольник. Я наклонилась. Ожидала увидеть квитанцию из строительного магазина. Павел занимался монтажом проводки, часто покупал кабель и розетки за свой счет, а заказчики потом возвращали деньги...

Экран смартфона мигнул в темноте спальни. Половина третьего ночи. Я провела пальцем по стеклу, отгоняя сонную пелену. Номер был незнакомый. Сестра ваша у меня спит на кухне. Заберите ее утром, мне в смену к восьми. Галина, Пятерочка на Бауманской. Я села на кровати. Одеяло сползло на пол. Босые ноги коснулись холодного ламината, но я даже не потянулась за тапочками. Двенадцать лет. Ровно двенадцать лет прошло с того дня, как умерла мама, взяв с меня обещание приглядывать за младшей. Двенадцать лет ночных звонков, истерик, чужих долгов и спасательных операций...

Я услышал это случайно. Пришёл домой раньше — хотел переодеться перед встречей. В прихожей стояли тёщины сапоги. Я их знал хорошо: коричневые, на широком каблуке, с царапиной на правом носке. Ирина приходила часто. Я давно привык. На кухне говорили. Негромко, но дверь была приоткрыта. — Ну ещё тысяч пятьдесят — хватит на плитку. Он же не считает. Я остановился в коридоре. Сапоги смотрели на меня. Голос был тёщин. Спокойный. Уверенный. Как будто не о чужих деньгах — о своих. Я не вошёл. Постоял. Тихо взял куртку и вышел...

Три года я думала, что деньги куда-то утекают сами. Коммуналка выросла, продукты подорожали, ну и откладывать не получается — бывает. Списывала на инфляцию. На себя. На то, что плохо считаю. Пока не увидела выписку по карте. Случайно. Хотела проверить, прошёл ли перевод подруге. Прошёл. И ещё кое-что прошло. Каждый месяц. Небольшими суммами — по три, по пять тысяч. Регулярно. Аккуратно. Почти незаметно. Получатель был один и тот же. Людмила Петровна. Мать моего мужа. Я сидела на кухне с телефоном в руках...

Запах хлорки и медицинского пластика всегда вызывал у меня тошноту. Я сидела в кресле стоматологической клиники. Врач только что закончил осмотр. Снял перчатки, бросил их в лоток. Металлический звон ударил по нервам. — Ну что, Анна, — сказал хирург, глядя в монитор с моим снимком. — Костная ткань уходит. Тянуть больше некуда. Делаем синус-лифтинг и ставим два импланта. Как и договаривались. Сумма в договоре прежняя — триста пятьдесят тысяч. Готовы оплачивать материалы? Я кивнула. Достала телефон, чтобы перевести деньги с нашего общего накопительного счета на свою карту...