Стыдно, но расскажу...

Я – городская девушка. В прямом смысле. Родилась, выросла и живу в мегаполисе, где асфальт под ногами – это норма, а вместо птиц слышен гул машин. Для меня «выехать за город» – это доехать до парка на такси. А «сходить в лес» – это прогуляться по аллее вдоль пруда. Поэтому, когда мой парень Саша сказал: «Давай на выходные в сосновый бор, с палатками, костром, на два дня», я чуть не рассмеялась ему в лицо. Но он смотрел на меня с таким воодушевлением, так мечтал разделить со мной свою любовь к природе, что я согласилась...

Конец мая. Солнце, легкий ветер, запах свежей зелени. Настоящее лето, которого я ждала всю весну. Я приехала на дачу к подруге. Мы сидели на веранде, пили лимонад, болтали. А потом она вынесла тарелку – огромную, глиняную, доверху наполненную ярко-красной, сочной, только что сорванной клубникой. – Это с грядки, – сказала она, ставя тарелку на стол. – Первая в этом сезоне. Специально для тебя. Я обожала клубнику. В детстве мы с бабушкой собирали ее ведрами, я могла есть ее килограммами. Никогда никакой аллергии не было...

Я всегда считала себя смелой. Ну правда: купить тур на Мальдивы в одиночку, не побояться осуждения подруг («Одна? На Мальдивы? Ты с ума сошла, там же все парами!»), поселиться в дорогом резорте с обещанием «богатейшего рифа в атолле» – это требовало характера. Но я мечтала об этом годами. Хотела плавать с черепахами, скатами, разноцветными рыбами – и чтобы никто не дергал: «Милая, пора обедать», «Ты надолго?», «Давай уже на пляж, я заскучал». В первый же день я надела маску, ласты, намазалась солнцезащитным кремом и нырнула в бирюзу...

Я всегда их ненавидела. Эти бесшумные тени, которые вылетают из ниоткуда, рассекают тротуары, подрезают бабушек с тележками и пугают детей. Я писала гневные посты в соцсетях, голосовала за запреты и искренне считала, что электросамокаты – это чума XXI века. В тот день я шла по набережной. Июньское солнце, легкий ветер с реки, на мне легкое платье и удобные кроссовки. Идеальное воскресенье. Ничего не предвещало беды. Я слушала музыку в наушниках и думала о том, что вечером нужно приготовить ужин и что давно не звонила маме...

Кавказ не прощает ошибок, но именно здесь я решила, что мне плевать на все. На цифру 35 в паспорте, на «правильное» поведение, на то, что завтра мне нужно вернуться к рутине, где нет места чужим мужчинам и горным туманам. Я встретила его внизу, у бурной реки, где скалы нависают над водой так низко, что кажется – они хотят раздавить тебя своей вечностью. Он был загорелым, с горящими глазами, называл себя «проводником по неизведанным тропам». Мы пили вино, глядя, как последний луч солнца окрашивает вершину в цвет расплавленного золота...

Нас пригласили загород. Четверо. Я, мой парень Дима, и наша парочка друзей – Катя с Сережей. Арендовали уютный домик на шесть человек, но по факту оказалось, что домик на шестерых – это когда каждый может спокойно разойтись по углам и не мешать друг другу. Рай. Вечером Катя объявила: – Мальчики, вы сегодня отвечаете за шашлык. Дима и Сережа переглянулись. Я заметила легкую тень паники в глазах своего парня, но списала на усталость с дороги. Прошло полчаса. Я вышла на веранду проверить, как идут дела, и застала картину, достойную отдельного полотна...

Я катаюсь с трех лет. Сначала трехколесный, потом «Дружок» – тот самый, оранжевый, с цепью, которая вечно спадала. Потом горный велосипед, потом шоссейный. Сейчас у меня красавец-гибрид с карбоновой рамой, на котором я рассекаю по лесным тропам в любую погоду. Ветер в волосах. Солнце в лицо. Свобода. Для меня велосипед – это не транспорт. Это медитация. Это мой личный антидепрессант. Это способ чувствовать себя живой. Поэтому, когда я встретила Диму и узнала, что ему 27 лет и он ни разу в жизни не сидел на велосипеде, я чуть чаем не поперхнулась...

Всю жизнь я была консерватором в еде. Картошка, макароны, гречка. Оливье на Новый год, борщ по выходным. Максимум, на что я решалась – пицца «Маргарита» без всего лишнего. Японская кухня для меня была чем-то из параллельной вселенной. Сырая рыба? Водоросли? Клейкий рис? Это же не еда, это испытание! Когда друзья звали в японский ресторан, я всегда находила отмазки. «У меня аллергия», «Я на диете», «У меня планы». На самом деле мне было страшно. Страшно выглядеть нелепо. Страшно не знать, как правильно есть эти роллы...

Я пришла на презентацию туров по Карелии случайно. Подруга выиграла приглашение на двоих, но в последний момент заболела, и я пошла одна – за компанию с бокалом просекко и надеждой хоть мысленно сбежать из душного офиса. И там был ОН. Высокий. С идеальной осанкой. В темно-синем пиджаке, без галстука, с легкой небрежностью в жестах, которая выдает человека, привыкшего быть в центре внимания. Он рассказывал про Ладожское озеро, красоту и созерцание, про заброшенные деревни, где время остановилось...

Мы встретились в парке. Он читал книгу на скамейке, я проходила мимо с кофе, зацепилась каблуком за плитку, кофе выплеснулся прямо на его рубашку. Я рассыпалась в извинениях, он поднял глаза, улыбнулся и сказал: «Зато теперь у меня есть повод пригласить тебя на кофе в знак моего прощения». Он был смешной. С легкой щетиной, в очках в тонкой оправе, с чувством юмора, от которого я хохотала до слез. Мы гуляли три часа, потом еще два сидели на лавочке и болтали обо всем на свете. Оказалось, мы оба любим...

Мы познакомились на заправке. Я заливала бензин в свой скромный седан, а он подкатил на стильном красном «Харлее», и у меня внутри что-то екнуло. Высокий, в кожаной куртке, с легкой небритостью и глазами, в которых горел огонь. Он снял шлем, тряхнул волосами и сказал: «Красивый у тебя вкус. На бензин». Я засмеялась. И пропала. Три года пролетели как один миг. Мы путешествовали, он возил меня на заднем сиденье по серпантинам, я обнимала его за талию и чувствовала себя самой счастливой женщиной на земле...

Мы с подругой Ленкой охотились на легендарный «Наполеон» уже месяц. Все известные блогеры пели ему дифирамбы: «Слои – как облака», «Крем – как мечта», «Черника – с ума сойти». Один кусочек – 890 рублей, запись за три дня. Я думала: «Ну что там может быть такого? Торт и торт». Ошиблась. Я отрезала первый кусочек вилкой, и он хрустнул так нежно, будто прошептал: «Съешь меня». Слои таяли во рту, крем был не приторным, а каким-то воздушно-сливочным с легкой кислинкой. А главное – черника. Не варенье, а настоящие ягоды, которые лопались на языке...