Софья Туманова | Горькая карамель

Полина сдвинула стопку тысячных купюр на край столешницы. Из пятнадцати тысяч, выданных Олегом на питание и бытовую химию до конца месяца, оставалось ровно три. Она провела запястьем по лбу, убирая непослушную русую прядь, выбившуюся из-под крабика, и снова посмотрела на калькулятор. Цифры на экране не менялись. На эти три бумажки нужно было растянуть ужины еще на восемь дней. Старые зимние ботинки, предательски пропускающие влагу у правого мыска, в этот остаток не вписывались совершенно. Рядом с деньгами лежал длинный чек из продуктового дискаунтера...

Шелест воды за тяжелой гардиной сменился металлическим щелчком, будто внутри стены лопнула толстая струна. Через секунду из-за штор вырвался плотный клок белого пара, а по светлым доскам пола побежала бурая ручейковая сетка. Анна бросила мокрую чашку в раковину и вбежала в гостиную. Пар уже поднялся к потолку, оседая мелкими каплями на свежих обоях. Из подножия чугунной секции, где летняя краска пошла пузырями, тонкой дугой бил кипяток. Горячая вода быстро расползалась по комнате, подбираясь к темному комоду у противоположной стены и огибая ковер...

Ключ провернулся в скважине не сразу. Пальцы настолько замерзли на ветру, что кисть плохо слушалась. Юля толкнула входную дверь плечом, переступая порог квартиры. Ручки пакета врезались в ладони — четыре килограмма продуктов оттягивали руку вниз всю дорогу от конечной остановки. Она опустила ношу на пол. Мокрый снег, быстро перешедший в ледяной дождь, начался ровно в тот момент, когда она вышла из автобуса. Юля стянула влажный шарф, небрежно бросив его на пуфик у зеркала. В квартире было тепло. Из приоткрытой двери кухни на пол коридора падал желтый прямоугольник света...

Грязные следы от ботинок сорок четвертого размера отчетливо выделялись на светлом ламинате. Они тянулись через весь коридор, огибали пустой придверный коврик, оставляли темные разводы возле банкетки и обрывались прямо у кухонного порога. Маргарита стояла возле раковины. На столешнице перед ней лежали две вещи, никак не связанные между собой в нормальной реальности. Первая — сломанная пополам ручка от немецкой швабры с центрифугой. Из треснувшего серого кожуха агрессивно торчал погнутый металлический стержень...