Живые истории

Тимоша передвигался по квартире со специфическим, ни на что не похожим звуком — «тып-тып-тып». Задней левой лапы у него не было, её ампутировали год назад после того, как двенадцатилетняя Юлька нашла его на обочине окружной дороги. Кот приспособился бегать быстро, но этот глухой, ритмичный стук когтей по дешевому линолеуму ужасно раздражал Анатолия. — Уберите этого калеку, — Анатолий, не глядя, толкнул носком тяжелого домашнего тапка миску с сухим кормом, отчего тот со свистом рассыпался по полу кухни...

— Девушка, я за что здесь плачу? За этот колхоз? Уберите её, ради бога, у меня давление поднимается от одного вида этого халата! Элеонора Викторовна, плотно сжав губы, брезгливо указала холеным пальцем с идеальным французским маникюром на соседнюю койку. На ней сидела тихая пожилая женщина в застиранном ситцевом халате в мелкий цветочек. На тумбочке у старушки лежал потертый томик советского детектива и недопитый чай в граненом стакане, который она принесла с собой из дома. Медсестра кардиологического...

Серый армированный скотч никак не хотел отрываться ровно. Маша в очередной раз дернула зубами упрямую ленту, почувствовав на языке противный клейкий привкус. Ноготь на большом пальце затрещал и сломался под корень, оставив на буром картоне коробки рваный красноватый след. Маша даже не поморщилась. Просто прижала палец к джинсам, останавливая кр.овь, и тупо уставилась на раскиданные по полу прихожей вещи. За её спиной, в узком коридоре однушки, шумно вздыхала Галина Петровна. Она действовала с каким-то ожесточенным, механическим упорством...

Двадцать лет Лариса жаловалась на жизнь. Но стоило у меня начаться неприятностям, она сделала стрижку и стала звонить каждый вечер. Я думала, её греет чужая беда. Всё оказалось куда хуже и куда смешнее. — Верунь, ну ты держишься? Голос у тебя какой-то не такой. Прям чувствую, что не такой, — Лариса сказала это таким бодрым тоном, каким обычно объявляют скидки в супермаркете. — Голос нормальный, Лар. Я сырники жарю, у меня руки в муке. — Сырники? В такое время? Ну ты героиня. Я бы на твоём месте лежала пластом...

Муж искренне считал, что удалённая работа — это кнопочки, а чистые рубашки берутся сами. Я не стала спорить и просто неделю отдыхала. В субботу к нам пришёл его начальник, и вечер пошёл совсем не по сценарию. — Вер, а чего у нас опять макароны? — Гена заглянул в сковородку с таким видом, будто там лежала повестка в суд. — Ты же целый день дома сидишь. От чего ты устала-то? Я стояла у плиты с ноутбуком под мышкой. Одной рукой мешала фарш, другой придерживала крышку, а третьей, которой у меня нет, мысленно дописывала сверку...