Afanasyev Ivan

Вера всё чаще ездила в шестой район не только по субботам, но и в будние дни после работы. Её «друзья» из подполья — она про себя называла их именно так, хотя точного названия у группы не было — доверяли ей всё больше. Она уже не просто сидела в квартире тёти Зины, а ходила по вызовам сама, иногда в сопровождении молчаливых мужчин, которые открывали перед ней двери и никуда не пускали без присмотра. Пациенты теперь были разные. Вера видела глубокие ножевые раны, переломы, которые кто-то пытался вылечить сам, странные ожоги...

Сентябрьская суббота начиналась обычно. Вера пришла в шестой район с утра, Галина встретила её у входа, кратко обрисовала, кто сегодня записан. Очередь уже собралась — человек десять, в основном женщины с детьми и пожилые. Вера прошла в комнату тёти Зины, разложила немногочисленные инструменты, приготовила планшет для записей, чтобы не забыть, кому что нужно. Первой зашла женщина с жалобами на боли внизу живота. Вера расспросила, попросила прилечь на кушетку — старый диван, застеленный чистой простынёй...

На следующей же неделе, в субботу рано утром, она стояла на той же остановке на улице Янтарина. Ровно в назначенное время подкатил знакомый фургон с квадратом на борту. Внутри её ждала Галина — всё такая же спокойная, с аккуратным седым пучком и твёрдыми глазами. — Рада, что вы вернулись, Вера, — просто сказала она. — Поехали. По дороге расскажу, что к чему. Фургон петлял по городу, потом нырнул в какой-то незаметный проезд, и через полчаса они уже были в шестом соцрайоне. Вера смотрела в щель между коврами на незнакомые унылые улицы, горы мусора, облупленные стены...