S.T.A.L.K.E.R. Зона 78

Есть места, где Зона просто существует. А есть места, где она работает. Дикая территория — из вторых. Сюда не приходят случайно. Случайные здесь долго не живут. Это коридор между прошлым и тем, что от тебя останется, если ошибёшься. Старые цеха, разбитые корпуса, трубы, которые больше не ведут никуда. Всё выглядит заброшенным, но это обман. Самый опасный в Зоне. Я вышел со стороны Ростка рано утром. После выброса прошло меньше суток, а значит — аномалии ещё «плыли». Новые, злые, не привыкшие к людям...

Говорят, если дошёл до Бара — значит, жив. Врут. Бар — это место, где просто умирают медленнее. Дорога от Свалки до «100 Рентген» короткая только на карте. В реальности она тянется, как похмелье после дешёвого спирта. Псы не лезли — значит, где-то рядом было что-то хуже. Детектор пищал редко, но зло. Такие сигналы я не люблю. Перед входом в Росток встретил долговцев. Стояли ровно, смотрели прямо, автоматы держали правильно. Люди, которые верят, что порядок можно навести очередью. — Цель визита? — Переждать...

Про выбросы врут чаще, чем про артефакты. Новички думают, что это взрыв. Опытные — что это гнев Зоны. Умные молчат. Потому что выброс — это не про ярость. Это про порядок. Я пережил семнадцать выбросов. Не потому что умею. Просто потому что каждый раз оказывался чуть менее глупым, чем мог бы. Первый выброс я запомнил хуже всего. Не из-за боли — из-за звука. Зона тогда не гудела. Она вздыхала. Глубоко, тяжело, как старик, которому надо встать, но он не хочет. Этот звук проходит не через уши — через кости...

Свалка встречает запахом гари и чужих планов. Тут всегда кто-то что-то делит — территорию, хабар, жизнь. Обычно чужую. Я вышел со стороны тоннеля. Псы выли где-то за холмами, электра щёлкала в низине — красиво, если не подходить близко. Детектор трещал, как старый приёмник, поймавший плохую волну. На перевале — бандиты. Трое. Смеялись громко. Значит, живут недолго. — Эй, сталкер, куда путь держишь? — Вперёд. — Это у нас платно. — Знаю. Потому и иду осторожно. Разошлись. Сегодня без стрельбы. Иногда Зона позволяет пройти просто так...

Когда я нашёл старый магнитофон в подвале школы, я не знал, что это будет началом конца. Магнитофон был советский, ржавый, с катушками, которые давно не крутились. Но кассета внутри была новая — совсем новая, без пыли, без времени. На ней одна фраза, написанная чёрным маркером: «Слушай, если осмелишься». Я показал находку Кольке. Он посмотрел, хмыкнул и сказал: «Бросай это. В Зоне ничего нового не бывает. Только старое, которое забыли». Но я не бросил. Я принёс магнитофон на базу и вечером, когда все спали, включил...