Советская находчивость

Сосед дядя Миша на днях показал мне старую аптечку. Открыл — а там зелёнка. Пузырёк советский, стеклянный, с пипеткой. Говорит: "Вот этой штукой полстраны лечили. У каждого в доме было." Я сначала подумал — ну зелёнка и зелёнка, что такого? А потом меня осенило. Почему, чёрт возьми, только в СССР все ходили в зелёных пятнах? Почему во всём мире раны мажут прозрачным, а у нас — изумрудной краской? Покопался в теме. И знаете что? История оказалась куда интереснее, чем я думал. Дядя Миша рассказывал: в детстве разбил коленку...

Отец на днях рассказал мне историю про ковёр. Обычный, советский, на стене висел. И знаете, что меня поразило? Не сам ковёр. А то, что когда он его снял в 2003-м году — за ним была совершенно другая стена. Другого цвета. Как будто два разных мира. Вот сижу я, смотрю на фотографии советских квартир в интернете. И везде — ковры на стенах. Везде. В хрущёвках, в сталинках, в брежневках. У рабочих, у инженеров, у профессоров. Ковёр висит, и точка. Для меня, кто вырос с пустыми стенами и минимализмом, это было странно...

На днях соседка тётя Люба рассказала мне историю про свою первую работу. 1978 год, ей 19 лет, и она — телефонистка на коммутаторе. Целыми днями соединяла людей вручную. Представляете? Вручную! Сначала я не понял. Ну телефонистка — и что? Набрал номер, дозвонился. А потом до меня дошло: какой номер набрал, если между тобой и человеком на другом конце сидит живая тётя Люба с проводами? Для меня, кто вырос со смартфоном в руках, это звучит как какой-то стимпанк. Ты поднимаешь трубку, а там не гудок, а голос: "Слушаю вас!" И ты просишь соединить тебя с кем-то...

Дядя Серёжа рассказал мне недавно, как работал киномехаником в районном кинотеатре «Октябрь» в конце 70-х. Говорит, каждый сеанс был как операция — одна ошибка, и зал свистит. Получал тогда 170 рублей в месяц. При средней зарплате по стране в 130. Профессия была престижная. А ведь показывали фильмы тогда совсем не так, как сейчас. Сначала я вообще не понял систему. Ну кино же — включил проектор и показывай. Потом дядя объяснил — нет никакого «включил». Там был целый ритуал. С пленкой. С углями. С ручной работой...

Сегодня мы поговорим о чём-то совершенно неожиданном. Вы когда-нибудь задумывались, почему в каждом советском салате был майонез? Нет, правда, буквально в каждом. Оливье — майонез. Селёдка под шубой — майонез. Винегрет — и туда майонез. Даже огурцы с помидорами — и те с майонезом! Вчера бабушка готовила оливье. Я заметил — майонеза там больше, чем всех ингредиентов вместе взятых. Спросил: "Почему так много?" Она посмотрела на меня как на инопланетянина: "А как иначе?" Для меня, кто вырос с оливковым маслом и бальзамиком, это казалось странным...

Ну что, сегодня я объясню вам, почему молодёжь не понимает половину слов из вашего детства, да, по-настоящему, без насмешек над поколениями. Бабушка вчера сказала мне: "Пойди в гастроном, авоську возьми". Я стою и думаю — куда идти? В какой гастроном? И что за авоська? Сначала я подумал — ну просто старые слова, которые устарели. Типа как "зело" или "сей". Но потом начал копаться и понял: нет, это совсем другое. Эти слова исчезли не потому, что язык изменился, а потому что исчезли сами явления. Давайте...

Мама подруги на днях достала свою старую трудовую книжку. Показала мне запись: «Машинистка 4-го разряда, бюро переводов». Оклад — 110 рублей в месяц. 1982 год. Я спросил: «А что делали машинистки?» Она засмеялась: «Печатали. На машинке. Весь день. Под копирку». Для меня, кто вырос с компьютерами и клавиатурой, это прозвучало дико. Печатать — это же просто. Открыл Word, напечатал, сохранил. Зачем для этого целая профессия? Начал копаться. Оказалось, машинистка в СССР — это не просто «девушка, которая печатает»...

Бабушка показала мне свою льняную салфетку, в которую она заворачивает хлеб. Ей больше сорока лет. Салфетке, не бабушке. Хотя бабушке тоже за семьдесят. Говорит, что купила эту тряпочку ещё в 78-м году на рынке за два рубля пятьдесят. С тех пор в ней хранит весь хлеб. Я сначала не понял. Ну есть же сейчас специальные коробки для хлеба, пакеты, контейнеры всякие. Зачем старая салфетка? Бабушка только головой покачала: «Сам попробуй, потом поймёшь». Ну что ж, решил проверить. Купил батон, разделил пополам...

На прошлой неделе был на дне рождения у друга. За столом сидели его родители, дяди, тёти — люди в возрасте за 50. И вот тост, все выпили, а потом несколько человек постучали костяшками пальцев по столу. Тихо так, почти незаметно. Я сначала подумал — случайно задели. Но потом заметил: делают специально. Синхронно, будто по команде. Спросил у отца друга, дяди Сергея. Он усмехнулся: "А, это старая привычка. В советское время так делали. Когда не пил за столом — стучал вместо того, чтобы выпить." Меня это зацепило...

На днях разбирал дедовы вещи и наткнулся на старые деревянные счёты. Тяжёлые, потёртые, костяшки гладкие от времени. Дед увидел и говорит: "Это мой рабочий инструмент. Тридцать лет на них проработал". Я сначала не понял. Какой инструмент? Это же счёты, игрушка почти. А дед был счетоводом на заводе имени Ленина в Горьком. Зарплата приличная — 120 рублей. Неужели всю жизнь только на этих костяшках и считал? Начал копаться в теме. Оказалось, счетовод — это отдельная профессия в СССР. Не бухгалтер, хотя близко...

Бабушка Вера Ивановна показала мне свою авоську. Просто сетчатая сумка из цветных ниток. Потрёпанная, растянутая, но бережно хранится на полке в кладовке. Я спросил: «Зачем храните?» Она засмеялась: «Да это же моя верная помощница! С ней полжизни прожила». Сначала я не понял. Ну сумка, обычная сетка. Для меня, кто вырос с пластиковыми пакетами и тканевыми сумками из больших магазинов, это просто старая вещь. Почему полжизни? Почему верная? Начал копаться в теме. Оказалось, авоська в СССР была не просто сумкой...

На прошлой неделе заходил к соседу дяде Мише — мужчине за шестьдесят, бывший инженер. Сидели на кухне, пили чай с вареньем, разговаривали о жизни. Собрался уходить, надел куртку, попрощался. Дядя Миша меня задержал: "Постой, давай на посошок!" Достал графин, налил по рюмке коньяка. Я удивился — мы же уже два часа чай пили, зачем ещё? "На посошок — это традиция, молодой, — усмехнулся дядя Миша. — У нас так всегда было. Гостя не выпустишь просто так." Я кивнул, выпил, но мысль засела. Для меня, кто вырос в 2000-х, это просто фраза из старых фильмов...