СПбГУ

Тихий голос радио, тревога в трамвае, эшелоны под бомбёжками, холодные вечера в эвакуации и долгожданные слова о победе. Нет, это не страницы художественного романа, а воспоминания профессора ЛГУ Татьяны Фаворской (кафедра строения органических соединений), пережившей войну вместе с семьёй и коллегами. 22 июня 1941 года универсантка услышала сообщение о начале вооруженных действий по радио в парикмахерской на Васильевском острове: «Все смолкло. Вся старая жизнь вдруг куда-то отступила, и в сознание прочно вошло одно слово: "Война!" Когда я ехала домой на трамвае, дико было слушать, как какие-то женщины из-за чего-то спорили и ругались в вагоне. Как можно в такое время думать о чем-то другом, ссориться в трамвае, как раньше, до войны!» С этого дня привычное закончилось. Молодые сотрудники СПбГУ уходили на фронт, преподаватели строили оборонительные рубежи и изучали противовоздушную и противохимическую защиту, а сама Татьяна Алексеевна обучала рабочих дегазации. Позже семья Фаворских и возрастные универсанты были эвакуированы в Казахскую ССР — на территорию курортного поселка Боровое (ныне Бурабай). Там учёная преподавала химию, историю и географию, колола дрова, выращивала картофель, а по вечерам готовила диссертацию. Даже в тяжёлых условиях научная работа не останавливалась: в 1943 году она защитила докторскую по химии в Казанском государственном университете. Особенно пронзительно звучит возвращение в родной город: «Чем ближе [подъезжали] к Ленинграду, тем больше мы видели следов войны. Особенно много их было в районе Мги: разрушенные здания вокзалов, кладбища изуродованных паровозов, бесчисленные воронки, обломки танков, орудий, брошенные каски, ружья, окопы, колючая проволока, мертвые и засыхающие деревья, следы пожарищ с торчащими печными трубами…». Кульминацией мемуаров становится ночь, когда сотрудники Университета собрались в полутёмном актовом зале и услышали голос Юрия Левитана: «Берлин взят!». Книга «Фаворские. Жизнь семьи университетского профессора. 1890–1953» — это живая история СПбГУ, рассказанная человеком, который пережил войну, сохранил верность науке и сумел передать атмосферу того времени через личные воспоминания.

Раньше — день борьбы за права рабочих, сегодня — символ весны, обновления и уважения к труду. Первомай в России начали открыто праздновать после Февральской революции в 1917 году. Тогда на улицы вышли миллионы человек — это было мощное общественное движение за справедливость. Сейчас 1 мая отмечают во многих странах, но под разными названиями. В России и Таджикистане это День Весны и Труда, а в Беларуси, Киргизии и Китае — просто День труда. В СССР он назывался Днём солидарности с трудящимися. Народ выходил на улицы, чтобы поддержать друг друга и напомнить о честных условиях работы, правах на отдых и достойную жизнь. Красные флаги, воздушные шары, транспаранты и открытки стали символами этого торжества.

22 апреля 1899 года родился писатель Владимир Набоков. Вокруг него до сих пор живут десятки мифов. Но какие из них правда? Давайте разбираться. Легенда первая: Набоков писал только на карточках. Не совсем. Да, он их любил: заполнял карандашом и менял порядок при необходимости, но так поэт работал не всегда. В молодости он использовал обычные тетради и чернила, правя медленно и тщательно бесчисленное количество раз. «Ползу как улитка со своей раковиной», — говорил литературовед. Легенда вторая: Набоков был гурманом. Абсолютно нет. Его ужины состояли из простой еды: «любимая яичница с ветчиной», бутерброд с сыром, солёный огурец и чай с вареньем. Даже став знаменитым, он оставался верен простым привычкам. Легенда третья: писателя не интересовала Нобелевская премия. Набоков свысока относился к литературным отличиям, но его имя не раз обсуждали в Шведской академии. И, скорее всего, от награды поэт бы не отказался. Легенда четвёртая: Владимир Владимирович страдал бессонницей. Действительно. Ночи без сна он превращал в материал для литературы: записывал видения, превращая их в тексты. Даже такие моменты становились частью его творчества. Легенда пятая: однажды Набоков купил джинсы Бродскому. Когда-то Иосиф Александрович действительно получил финансовую помощь, но не напрямую. Набоков, не афишируя, передал деньги через знакомых, чтобы поддержать молодых авторов. Их литературный диалог оказался непростым: восхищение сменилось холодом после критики стихов Бродского. Легенда шестая: он презирал современное искусство. Во многом — да. Набоков открыто критиковал авангард, предпочитая старых мастеров. Но даже в «банальном» искусстве признавал, что иногда там вспыхивал настоящий талант. Легенда седьмая: ему понравилась «Лолита» режиссёра Стэнли Кубрика. Поэт участвовал в написании сценария, но, к сожалению, в фильме почти не узнал собственную историю. По словам Набокова, все неудачные экранизации выглядят так, будто на роман смотрели взглядом горизонтального пассажира машины скорой помощи. Кстати, Музей Владимира Набокова СПбГУ — единственный в своём роде. В коллекции более 3,5 тысячи экспонатов: личные вещи писателя, книги и даже коллекция бабочек.