Советская жизнь в рассказах

На нашем кухонном подоконнике несколько недель стояла трёхлитровая банка с чайным настоем и коричневатой плёнкой внутри. Дети обходили её стороной, а мы со Светой каждый вечер наливали напиток в стаканы и обсуждали прошедший день. В 1980-е годы чайный гриб был обычной домашней культурой. Его держали в стеклянных банках на кухонных столах, подоконниках или табуретках возле окна. Горлышко закрывали марлей, чтобы внутрь не попадали пыль и насекомые. Крышку не использовали, потому что настою требовался воздух...

После смены я первым делом открывал холодильник и смотрел, остался ли компот. В большой кастрюле стоял холодный напиток, а на дне лежали мягкие кусочки яблок и груш. В Советском Союзе я любил компоты и любые фруктовые напитки. Летом мы со Светой варили их почти каждый день, если удавалось достать яблоки, вишню, смородину или другие фрукты и ягоды. Яблоки давали напитку запах, вишня окрашивала воду, смородина добавляла кислинку. Света пробовала компот и решала, сколько сахара положить. Иногда она добавляла пару ложек...

На нашей кухне однажды стало непривычно тихо. Настольное радио перестало играть. Я покрутил ручку, постучал пальцами по корпусу и понял, что придётся разбирать прибор прямо на семейном столе. Радио стояло у стены, рядом с сахарницей и жестяной коробкой со спичками. Утром оно работало во время завтрака, днём звучало, пока Света занималась хозяйством, а вечером заполняло кухню голосами дикторов и музыкой. Приёмник был обычным, с несколькими ручками на передней панели и тканевой решёткой динамика. В тот день звук пропал сразу...

В советском магазине кисель продавали не только в пачках с порошком, но и в плотных прямоугольных брикетах. Их заворачивали в бумагу, клали на полку, а дома из одного такого куска можно было сварить сладкий кисель для всей семьи. Я хорошо помню этот брикет в руках. Твёрдый, сухой, иногда с неровными краями. На бумажной упаковке виднелась яркая этикетка, а внутри находилась спрессованная смесь с ягодным или фруктовым запахом. После смены на заводе я приходил домой, мыл руки и заглядывал на кухню...