Станислав Солонцев | Байки и душевные рассказы

Эту тетрадь я видел всего два раза в жизни. И ни разу не прочёл её целиком. Никто из моих подруг не мог мне объяснить, откуда она взялась вообще, сколько я не добивался. Старая общая тетрадь, листов 40 со стихами и рисунками. Преобладала в ней лагерная тема, почти на каждой странице изображены куски колючей проволоки, решетки и рисунки тусклыми цветными карандашами. На первой странице человек в шапке-ушанке, фуфайке, лежащий на снегу под оскаленной мордой овчарки. Чуть сбоку охранник, направивший на него автомат...

Глухо звякнула упавшая воротная цепь, и на территорию автобазы, мягко шурша колесами, въехал «Форд» начальника гаража. Александр Сергеевич, или попросту Саша, остановил машину под окнами и, поздоровавшись с курящими на ступеньках сотрудниками, не спеша прошел в свой кабинет. Вышедшие на свой первый перекур за день ИТРовцы делились новостями прошедших выходных, когда из-под капота стоящего недалеко «Форда» донесся неясный шум. Кто-то со слабым стоном скребся. Позвали Сашу, тот открыл капот, и в самом низу моторного отсека, на защите, увидели пеструю кошку...

Видно, сильно я застыл, валяясь под этой долбаной машиной. Совсем раскис, подскочила температура, и вот уже третий день жарило под 40. Меня метало по кровати, бросая то в жар, то в холод. Обливаясь потом, я сбрасывал одеяло, но через несколько минут я с головой зарывался в них, чувствуя, как жена набрасывает сверху бараньи шкуры, и не мог согреться. Перед глазами, как в калейдоскопе, проносились короткие картинки. То обрезка векового ореха перед домом, то младшая дочь, рисующая с меня портрет, то уходящая под колеса машины трасса, несущаяся с огромной скоростью...

Рядом с арсеналом, в каюте мичманов, жил старый боцман. Небольшого роста, отнюдь не богатырского телосложения, но это был боцман. Часто я, молодой матрос, во время несения вахты у арсенала заглядывал к нему в каюту через приоткрытую дверь, с интересом наблюдая, что он делает. Он не отгонял меня, подробно объясняя, что и как. Когда у него было хорошее настроение, показывал премудрости вязания морских узлов, не было настроения, просто закрывал двери в каюте. Однажды я увидел, как он делал из пеньки щетки для побелки стен...

Лариска, полногрудая блондинка, подруга моей жены, жила с родителями в небольшом двухэтажном доме в двухкомнатной квартире с огромными окнами. Квартиры в таких домах в 60-е годы получали руководители среднего звена. Мама Люся - тоже блондинка, с вечной прической «Бабетта», работала зав. ателье по пошиву одежды. Папа Ваня - бывший торпедист БалтФлота, прорабом. Жили они на первом этаже, окна с полуметровыми форточками выходили на улицу, но стояли высоко, более 2-х метров от земли. Любимицей семьи была черная как смоль кошка Марыся, признававшая за хозяина только папу Ваню...