Музей Собрание I Museum Collection

Обновление в разделе «Авторы/Производители» История европейского художественного стекла – это непрерывная цепь технологических революций, смелых художественных манифестов и возвращения к древним, казалось бы, навсегда утраченным секретам. Обновлённый раздел «Авторы/Производители» на сайте нашего музея предлагает посетителям погрузиться в эту удивительную эволюцию через призму судеб пяти выдающихся французских мастеров. Их творческий путь наглядно показывает, как европейское стеклоделие прошло путь от историзма и ориентализма XIX века к утонченности ар-нуво и монументальной строгости ар-деко. Точкой отсчета этой великой эпохи можно считать поиски Филиппа-Жозефа Брокара. Во второй половине XIX века этот французский художник, коллекционер и реставратор совершил настоящий прорыв, разгадав секреты сирийских и египетских мастеров XIII–XIV веков. Именно Брокар сыграл ключевую роль в возрождении забытых исламских эмалевых техник. Его роскошные работы, покрытые золотом и цветными эмалями, не просто вернули в европейскую моду восточную эстетику, но и доказали: стекло способно быть холстом для сложнейшей живописи. Брокар заложил технологический фундамент, на котором выросло целое поколение экспериментаторов. К концу XIX века эстафету подхватили мастера эпохи ар-нуво (модерна), превратившие стекло в главный материал нового стиля. В авангарде этого движения стояла знаменитая эльзасская мануфактура Burgun, Schverer & Cie из городка Мейзенталь. Став колыбелью для многих художественных инноваций, это предприятие прославилось сложнейшей техникой «камневидного» стекла (verre camée), глубокой гравировкой и смелыми экспериментами с многослойностью. Параллельно с ними, но уже в промышленных масштабах, эстетику модерна формировала мануфактура 'Legras & Cie' под руководством Франсуа-Теодора Легра. Став одним из бесспорных флагманов индустрии, Легра сумел совместить массовое производство с высочайшим искусством. Живописные пейзажные вазы мануфактуры, выполненные в техниках травления и эмалевой росписи, до сих пор остаются эталоном того, как природные мотивы – туманные леса, замерзшие озера и цветущие сады – находили свое воплощение в одушевленной стеклянной массе. С наступлением XX века и приходом эпохи ар-деко вкусы эстетов изменились: на смену плавным природным линиям модерна пришли геометрия, монументальность и новые фактуры. Символом этой новой эры стало возвращение из небытия древней и капризной техники pâte de verre («тесто из стекла»), из которой мастера буквально вылепливали свои произведения. Одним из главных новаторов этого направления стал Габриэль Аржи-Руссо. Он усовершенствовал эту сложную технологию, создавая полупрозрачные вазы и чаши с удивительной игрой света. В его работах строгие геометрические узоры и мифологические сюжеты соединялись с хрупкой, почти мистической текстурой, ставшей визитной карточкой межвоенного Парижа. В это же время в технике pâte de verre работал и другой великан эпохи – Франсуа-Эмиль Декоршемон. Начав как художник и керамист, он посвятил жизнь укрощению стеклянной массы, разработав собственный уникальный состав. Декоршемон отказался от избыточного декора в пользу монументальной строгости форм. Его массивные, но пропускающие свет чаши и скульптуры напоминали полудрагоценные камни – нефрит, хризопраз и мрамор, – окончательно закрепив за стеклом статус благородного и монументального материала. Приглашаем вас заглянуть в обновленный раздел нашего сайта «Авторы/Производители». Биографии этих пяти мастеров помогут вам по-новому взглянуть на шедевры из стекла, представленные в на сайте музея «Собрание» в разделе «Западноевропейское стекло и керамика», и проследить, как менялись стили, эпохи и технологии. mus-col.com/...202

Аудио рассказ «История часов скелетонов» Представляем новый аудио рассказ, посвященный истории одних из самых изящных и сложных часовых изделий в истории – часов скелетонов. Часы с открытым механизмом появились в середине XVIII столетия, но до сих пор завораживают зрителя своим внешним видом и движением. Скелетоны не зря остаются единственной часовой моделью, которая сохраняет свою актуальность до сих пор. В истории появления и развития этой модели участвовали французские, швейцарские и британские часовые мастера. Каждый этап совершенствования механизма и отделки требовал все больших навыков и технологий, и на сегодня механические часы скелетоны по праву считаются предметом высокого часового мастерства, производятся вручную и являются символом статуса, как и несколько столетий назад. Больше об истории этой модели можно узнать в аудио рассказе. Текст читает Екатерина Ефремова. mus-col.com/...696

Обновление раздела «Русская скульптура»: шедевры Евгения Лансере Раздел «Русская скульптура» на сайте музея «Собрание» пополнился работами Евгения Александровича Лансере (1848-1886) – выдающегося русского скульптора-анималиста, признанного мастера мелкой пластики и основоположника жанра отечественной кабинетной бронзы. За свою недолгую, но феноменально продуктивную 37-летнюю жизнь Лансере создал более 400 произведений. Его работы завоевали мировое признание еще при жизни автора, а сегодня они составляют гордость крупнейших государственных и частных музейных собраний. Обновленная онлайн-коллекция позволяет детально изучить ключевые особенности творческого почерка скульптора. Центральным объектом внимания Лансере всегда оставалась лошадь. Скульптор с безупречной точностью передавал анатомию, аллюры и характер животных. Каждая лошадь в его композициях наделена яркой индивидуальностью и неповторимым нравом. Мастер виртуозно сочетал историческую достоверность сюжетов с тщательной проработкой мельчайших элементов: от фактуры каракулевых шапок и складок черкесок до пряжек на сбруе и орнаментов на оружии. Особое место в наследии автора занимают знаменитые русские тройки. Динамика и композиционная смелость этих работ создают удивительную иллюзию жизни: кажется, что стремительные экипажи вот-вот сорвутся с постамента и унесутся вдаль. Изучив обновленный раздел сайта «Русская скульптура», вы можете продолжить знакомство с русской пластикой вживую. Прямо сейчас в залах музея «Собрание» проходит временная тематическая выставка «По следам Печорина». Специально к этому событию научно-просветительский отдел музея подготовил новую экскурсионную программу. Экскурсия дает редкую возможность сопоставить виртуальный опыт с реальным, увидев оригиналы кабинетной скульптуры Е.А. Лансере, а также работы его знаменитых современников — В.Я. Грачёва и Ф.И. Ходоровича. Экспозиция детально раскрывает тему этнического и социального разнообразия. Перед зрителями предстают выразительные типы местного населения, запечатленные в металле: их аутентичный быт, традиционные костюмы и характерные сцены из жизни. Запись на экскурсии для организованных групп и индивидуальных посетителей открыта на сайте музея в разделе «Контакты».

Сложные термины простым языком: волюта Декоративный элемент волюта встречается повсеместно: на фасадах исторических зданий, в оформлении старинной мебели, на рамах парадных портретов и даже на фарфоровых вазах. Волюта (в переводе с латинского voluta – спираль, завиток) – это архитектурный и декоративный мотив в форме изящного завитка с небольшим кружком («глазком») в самом центре. Внешне этот элемент напоминает тугой свиток папируса, который начали раскручивать, морскую ракушку или аккуратно закрученную древесную стружку. Элемент появился в Древней Греции и стал главным опознавательным знаком ионического архитектурного стиля. В постройках того времени верхушка колонны (капитель) украшалась двумя симметричными завитками по бокам. Древние греки высоко ценили гармонию, и этот пластичный узор с линиями, мягко перетекающими одна в другую и напоминающими движение волн, помогал визуально смягчить жесткие прямые линии каменных конструкций, делая здания более легкими и изящными. Со временем архитектурный элемент превратился в универсальный декоративный узор. В музейных коллекциях и старинных интерьерах волюту можно встретить в самых разных проявлениях. Это могут быть тяжелые золоченые рамы для картин и зеркал эпохи барокко и рококо, которые часто состоят из переплетений крупных и мелких волют, дополненных резными листьями. Или ножки столов, подлокотники кресел и резные карнизы шкафов XVIII–XIX веков, традиционно завершающиеся спиралевидными изгибами. В коллекции музея «Собрание» представлены фарфоровые и металлические вазы, соусники и парадные кубки, ручки которых изгибаются в форме латинских букв S или C – это тоже разновидности волюты. К примеру, верхняя часть грифа скрипки, альта или виолончели традиционно вырезается в виде канонического деревянного завитка… На протяжении веков волюта оставалась сквозным мотивом, объединявшим сменявшие друг друга художественные стили. От античной архитектуры до мебельного искусства классицизма, барокко и рококо, этот элемент неизменно решал ключевую композиционную задачу – смягчал строгие конструктивные линии и придавал предметам пластическую завершенность.