Следы в Тумане

Обычный дембель, вернувшийся домой после трех лет службы в ВДВ, надеялся на тихую гражданскую жизнь. Но вместо теплых объятий он находит свою младшую сестру избитой и униженной местной «золотой молодежью». Обидчики уверены в своей абсолютной безнаказанности, ведь их отцы — влиятельные люди города. Однако мажоры совершили роковую ошибку: они не учли, что ветеран-десантник не пойдет искать правду в купленном суде. Он устроит им свой собственный трибунал... Поезд прибыл на станцию ранним утром, когда город еще спал, окутанный молочным туманом...

В небольшом провинциальном городе банда Грома годами держала людей в страхе, собирая дань с предпринимателей. Но однажды рэкетиры пришли в школу и столкнулись с тихим учителем истории, которого приняли за безобидного интеллигента. Они даже не догадывались, что двадцать лет назад Алексей Викторович был командиром оперативной группы и именно он когда-то разрушил криминальные планы самого Грома. В небольшом провинциальном городе Алексея Викторовича знали практически все. Он много лет преподавал историю в местной школе и никогда не стремился быть в центре внимания...

Тяжелая железная дверь на самом верху лестничного пролета содрогнулась. Кто-то ударил по ней снаружи чем-то невероятно массивным. Гулкий лязг металла раскатом грома прокатился по подземелью. Второй удар. Дверь с грохотом распахнулась под натиском, издав протяжный вой несмазанных петель. В проём ворвался холодный уличный свет и звуки: топот множества тяжёлых ботинок, короткие, отрывистые команды. — Пошли, пошли, пошли! Контролирую периметр! Сверху вниз ударили мощные лучи тактических фонарей. Белые...

1996 год. Юную студентку и ее старенькую бабушку загоняют в угол бандиты, требуя переписать на них дорогую квартиру в центре в обмен на свободу девушки от сфабрикованного уголовного дела. Отморозки уверены в своей легкой победе, ведь жертвы кажутся абсолютно беззащитными. Но они совершают роковую ошибку, не подозревая, что тихая пенсионерка в пуховом платке скрывает прошлое, перед которым меркнет даже изощренная жестокость криминального мира девяностых. — Ну что, сынки, кто первый в ад? — Моя бабушка спросила это тихо, почти ласково...