Следы в Тумане

Он взял телефон, набрал отца. — Пап, тут проблема. Горелов-старший выслушал молча, потом спросил: — Денисов точно мертв? — Точно, нашли сегодня. — И ты думаешь, это связано с той девкой? Виктор помолчал. — Не знаю, но может быть... — Кто мог узнать? — Не знаю. Мы проверяли, у нее никого. — Проверяли плохо. Голос отца стал ледяным. — Если бы проверяли хорошо, это бы не случилось. — Пап, молчи. Вот что сделаем. Ты сидишь дома. Охрану удвоим. Я поговорю с нужными людьми. — А Чернов? — Пусть сидит, где сидит...

Он — Анатолий Захарович Седой, старый криминальный авторитет, вор в законе, человек с десятилетиями лагерей за спиной и жёстким кодексом, который не предают. Когда-то он жил по правилам преступного мира и держал власть. Потом исчез, попытался стать обычным человеком, потерял семью… а после потери дочери вернулся к тому, кем был, но уже с одной целью: довести до конца то, что не сделал закон. Знаете, как в криминальном мире поступают с насильниками? Их лишают мужского достоинства. Но это ещё не всё,...

Артем прижал папку к груди. Он понял. Его вели. Тот, кто присылал сообщение, специально заманил его сюда. Это было идеальное место для ликвидации. Старое здание, в котором легко устроить пожар или несчастный случай. — Буран, за мной! – скомандовал Артем. Он бросился к грузовому лифту для книг, но тот был отключен. Лестницы перекрыты. Оставался только один путь — вниз, в подвалы, где проходили технические тоннели теплотрасс. Они бежали по узким коридорам подвала, освещая путь экраном телефона. Сзади уже слышались крики преследователей...

Тяжелые дубовые двери зала суда закрылись с глухим звуком, похожим на выстрел в закрытом пространстве. Артем стоял в пустом коридоре, глядя в одну точку на потертом линолеуме. В ушах все еще звенел ровный, почти скучающий голос судьи: «Ввиду грубых процессуальных нарушений при изъятии ключевой улики суд постановил прекратить уголовное преследование». Для Артема, человека, который 30 лет проработал инженером-проектировщиком, мир всегда состоял из логики, чертежей и сопротивления материалов. Если балка рассчитана на тонну, она должна держать тонну...

Москва конца 70-х для девочки из провинции — это крепость, которую нужно брать штурмом. Лена Смирнова приехала в столицу из маленького посёлка под Воронежем. Ей было 22 года. У неё был красный диплом пединститута, одна пара выходных туфель, которые она берегла как зеницу ока, и бездонная вера в справедливость. Она не была красавицей с обложки журнала «Советский экран». Но в ней была та здоровая деревенская свежесть, которую так быстро съедает Москва. Русые волосы, всегда аккуратно заплетённые в косу, ясные серые глаза и руки, привыкшие к работе...