Skalbin

Шлюха, говоришь? Жену так свою назови, когда она непременно сходит на инвентаризацию воскресным утром. Или всех этих покорительниц Большого города. Без вкуса и цвета, но в цветном, как можно ярче и короче. С ресницами под бигуди. Вся эта особая категория лимиты без лимита на вход и принципов, по большей части. В резюме это называют перспективой карьерного и социального роста. Светлые, темные, рыжие - все движимые надеждами на недвижимое. Ваших коренных, которые чаще без какой-либо жизненной цели и мозгов, целесообразных на разок другой...

I Она сидит под абажуром в этой тёмной комнате. Свет от моргающей лампочки в сорок ватт освещает обеденный стол, за которым она листает фотоальбомы. Старые архивы. Никогда не смотрите их, если не хотите быть травмированными. Листая страницы, она перемещается в прошлое. Окно во времени, всегда в прошедшем, попав в которое, она уже ничего не может изменить, лишь созерцать. Ветхие выцветшие фотокарточки, на которых сплошь счастливые моменты её жизни. Она листает школьный выпускной альбом. Эти молодые и весёлые лица...

То, о чём вы молчите - всегда самое важное Его расслабленное дряблое тело расплылось на пассажирском сидении, ноги, одетые в свободные клетчатые шорты, широко раскинуты, колени упираются в бардачок. Он запрокидывает голову и делает большой глоток из горлышка тёмной бутылки. Он вытирает губы. Вытирает ладонь о длинную бороду, с каждым выдохом извергая изо рта запах тёмного пива. Глядя сквозь чёрные солнцезащитные очки в даль, он говорит: - Поверни на следующем съезде, там выйдем на серпантин. - Он снова запрокидывает голову и делает большой глоток...

Всем призванным, не долгом, но безысходностью, посвящается. Раннее утро. Пока общество ещё борется за лишнюю минуту сна, мы едем по полупустой дороге куда-то на юго-запад. Старый чёрный автобус коптит ещё свежий рассвет. Машина, которая уже лет двадцать как отжила своё и просит лишь милосердия разборки, но мы так хотим выжать всё до последнего. И даже сверх этого. Нет, это не жадность. За всё уплачено, но мы не цепляемся за каждую долю процента ресурса. Чего мы хотим, так это хоть иногда поступить так, как поступали с нами...

Всё это будет завтра. Ваш новый дом. Где вы будете счастливы. Наконец-то всё пойдёт так, как вы оба того хотите. Возможно, ты выбросишь из головы всё то, что так кружило её последний год и, наконец, будешь всем сердцем любить то, что уже имеешь. Оставишь прошлое здесь, поставишь мечты на полку, где будет пылиться весь прочий хлам. Всё это будет завтра. Сейчас - эта старая квартира, где каждый сантиметр осыпающейся штукатурки пропитан твоими воспоминаниями и тем, кто ты есть на самом деле. Понимая, что из вас двоих только ты способен и готов на перемены, ты роешь могилу тому, кого называл собой...

Кодокуси или кодокуши (яп. 孤独死) - название феномена, которое вывели в Японии в середине 80-х годов прошлого века. Дословно означает - "одинокая смерть". Так называют случаи, когда человек умирает в полном одиночестве, а его тело находят лишь со временем. Впервые я прочёл об этом в одной из статей пару лет назад. Проработав несколько лет участковым, я часто сталкивался с такими случаями, не подозревая, что для этого есть какой-то термин. Человек живёт, ни с кем не общается. Родственники если и есть, то контакты поддерживают редко...