Синий Сайт

Дунькина любовь — И вот, братья Куняевы говорили, что их отец под биостанцией держит какое-то местное существо, опасное и редкое, которое не описано наукой, но откликается на имя... — Имя? — Филька. Да не ржи ты так! Ну да, Филькой его звали. Он был маленький, немного выше колена и то ли совсем не разговаривал, то ли бормотал чудно как-то. Но ты ж умеешь интуитивно со всеми общаться, вот я и подумал. Дунька, ты телепатка, да? — Не-е, я, скорей, язык улавливаю как-то, но мысли не читаю, это точно...

Лаго-ду-Демо Тепло мягко обволакивала Солею. Нагретая июльским солнцем скала, лесной воздух, пропитанный жаркими ароматами сосен, солнечный свет на ее лице, заставляющий зажмуриться — все согревало, ласкало, звало закрыть глаза, забыть обо всем и остаться так как можно дольше. Но несмотря на закрытые глаза и расслабленную позу, сердце Солеи колотилось, как безумное. Она старалась не шевелиться, чтобы сосредоточиться на другом тепле — тепле руки, которая ласково поглаживала ее пальцы. Как же это произошло? Они вместе шли в лес за грибами: Солея, ее муж Дорен, его сестра Лумейя и его друг Савио...

Маски Я выскочил из бани и, шлёпая босыми ногами по утоптанному снегу, помчался к проруби. Сзади, тяжело дыша и матерясь, догонял меня Лёха. Ледяные брызги рассыпались во все стороны, когда я бомбочкой полетел в воду. – Берегись! – заорал он, и рядом со мной случилось цунами. – Ну ты, блин, лось апокалипсиса! – я спихнул друга обратно в воду, когда он пытался первым выбираться из проруби. Он недобро улыбнулся, смял снег и запустил в меня. Я рванул к бане, Лёха с дьявольским «ха-ха-ха» нёсся за мной...

Майское волшебство На границе дня и ночи, в сумерках, творится самое сильное волшебство, особенно в местах силы — на вершине гор, в излучине великих рек. А в уютных природных уголках — на краю леса, на берегу пруда — волшебство малое. И майское — самое чудное из них: ласковое, тёплое, чистое. Так говорила Оле ее бабушка. А бабушке Оля верила. Наверное, в самом начале это было сказано в шутку, и больше по-сказочному, во время чтения вслух обычной вечерней истории. Но потом — так уж сложилось — они рассуждали о волшебстве, как о самом обычном деле...