«Созвездие» – 2026, номинация Фэнтези и Магический реализм

Ты мной не пообедаешь «Воздух выдержит только тех Только тех, кто верит в себя Ветер дует туда, куда Прикажет тот, кто верит в себя» Наутилус Помпилиус Корабли улетали в теплые страны. Бригантины и каравеллы поднимали паруса: ловить листяные ветра — кленовый, ольховый, березовый. Ветра пахли дымом, пахли дождем, пахли поздними яблоками. «В дорогу, в дорогу», — пела осень, отбивая пестрый ритм в тугой бубен. Бравые капитаны поправляли фуражки и протирали стекла биноклей. Матросы сдирали мозоли, закрепляя шкоты узлами пеньковых канатов...

Всё совпало: заваленный снегом косогор, завядшие камыши в ледяных каплях, тропинка, ведущая к застывшей реке меж сугробов. Стерн и Рейвен, спрятавшись за большим сугробом, переговаривались шёпотом. — Сколько думаешь ещё ждать? Стерн пожал плечами. — Кто ж его знает? Тут время растяжимое. Но, думаю, скоро. Вон видишь — солнце уже встало. — Знаю, я уже спрашивал тебя об этом, но просто хочу удостовериться. Ты проверил координаты его избы? Он точно пройдёт по этой тропинке? — Ну, опять же, в этой реальности мы не можем знать наверняка, на сто процентов...

Дьявольский цирк-шапито С наступлением сумерек улицы города медленно погружались в сонное состояние, из углов вылезали тени ночных обитателей. Но Нэрга они не трогали. Хотя многие бы и не рискнули к нему подойти или, что еще самоубийственнее, напасть. Да и они ему сегодня были неинтересны. Лорд — главный следователь Лермура, магистр темных знаний, — явился в этот темный проулок не по следам убийц и грабителей, а за информацией. Его цель — узнать, где нынче развернет свои сети дьявольский цирк-шапито...

Зима в этом году выдалась по-настоящему суровой — за окном бушевала метель, сквозь которую едва пробивались переливы гирлянд в окнах дома напротив. Свою квартиру Стас не украсил — никаких цветных огоньков, ёлок и мишуры. Вся эта атрибутика нужна для новогоднего настроения, а такового у него больше не случалось. «Как же летит время», — думал он, уставившись в центр эмалированной кастрюльки. Машинально помешивая, Стас завороженно наблюдал, как дольки апельсина кружатся в компании специй. Когда кухню вдруг наполнили алкогольные пары, он опомнился и, чертыхаясь, выключил плиту...

Холмы здесь всегда казались ей странными: слишком низкие, чтобы внушать уважение, и слишком голые, чтобы давать тень. И все же, когда Айрин во главе кавалерийского отряда поднялась по торной тропе на последний холм, запах дыма от пограничного лагеря показался ей приятным – как весть о том, что выматывающий путь наконец закончился. Или хотя бы прервался. Лошади шли широкой рысью, встряхивая заиндевевшими мордами. Айрин выдохнула, невесомо, будто выжимая воздух из промерзших легких. Пальцы привычно нашли точку на бедре – скрытый под слоями одежды шрам, там, где копье вырвало клок кожи и плоти...