Ольга Протасова

Когда я впервые привела Сашу на встречу с подругами, Лена фыркнула в бокал с соком. Ей было пятьдесят два, как и мне. Саше — тридцать семь. Он сидел рядом, аккуратно складывал салфетку треугольником и улыбался моим подругам — тем самым, которые знали меня с института, видели мой развод, мои слёзы над пелёнками, мои попытки начать новую жизнь в сорок лет. — Так ты серьёзно? — спросила Лена, вытирая губы. — Не… ну, не для развлечения? — Мы поженились три месяца назад, — ответила я, чувствуя, как уши горят...

Когда Дмитрий сказал эту фразу, я варила суп. Лук шипел на сковороде, за окном капал дождь. Он стоял в дверях кухни, руки в карманах, взгляд устремлён в пол. — Нина беременна, — сказал он тихо. — От меня. Я не выключила газ. Дождалась, пока лук станет золотистым. Переложила в кастрюлю с бульоном. Только потом повернулась. — Поздравляю вас. Он поднял глаза. В них было удивление — не раскаяние, не страх. Удивление. — Ты… ничего не скажешь? — Что сказать? Это ваше решение. Ваша жизнь. — Но мы же… десять лет вместе...

Когда я обнаружила пропажу серёжек, за окном капал дождь. Маленькие золотые серьги с жемчужинами — подарок бабушки на совершеннолетие. Я перерыла шкатулку три раза. Потом комод. Потом всю спальню. Серёжек не было...

Когда дверь закрылась за мной, я стояла на лестничной площадке с сумкой в руках и не чувствовала холода. Был сентябрь, воздух уже остывал по вечерам, но мои ладони горели. Не от обиды. От нелепости. Шестьдесят три года, тридцать пять из которых отработала на заводе, квартиру подарила единственной дочери — и вот я стою у чужой двери с двумя свёртками вещей. — Мама, ты же понимаешь… — сказала Аня, держа ручку двери. — У нас ребёнок. Нужно пространство. — Я занимала одну комнату. Твою старую. — Но ты… постоянно на виду...

Когда Саша пришёл домой в десять вечера с запахом вина и расстёгнутой верхней пуговицей, я не удивилась. Корпоратив у него был запланирован. Удивила первая фраза, которую он произнёс, сняв куртку: — Я должен тебе кое-что сказать. Я флиртую с коллегой. Я стояла у плиты, помешивала суп. Ложка замерла в руке. Не от шока. От странного ощущения: будто кто-то тихо выдвинул ящик в моей душе и положил туда камень. — Как это — флиртую? — спросила я, не оборачиваясь. — Ну… переписываемся. Шутим. Она смеётся моим шуткам...