Оксана Сибирь

Сегодня подумала, что я всю жизнь самый настоящий босс. А может быть даже больше. Я президент. Если учесть сколько людей и каких будущих профессий я воспитываю, управляя их поведением каждый день. Знаете, кто на самом деле управляет страной? Не те, кто в костюмах и галстуках. А те, кто каждый день выходит к детям! Потому что через 20 лет эти дети будут ВЕЗДЕ 👀 Президент песочницы Наталья Викторовна завязала фартук и глубоко вздохнула. Через пять минут откроются двери, и её маленькое государство оживёт. Первым, как всегда, привели Тёму. Будущий учёный — это она поняла ещё в сентябре, когда он разобрал на запчасти игрушечный паровоз и серьёзно объяснил: «Мне надо понять, откуда там дым». Тёма молча обнял её за ногу, потом так же молча пошёл к конструктору. Рабочий день начался. К девяти утра государство было в сборе. Алиса кружилась посреди группы — будущая балерина или просто человек, который не может стоять на месте дольше тридцати секунд. Рядом Гриша сосредоточенно «лечил» плюшевого медведя, прикладывая к нему всё подряд — кубик, карандаш, чью-то варежку. Будущий врач. Или волшебник. С детьми никогда не знаешь наверняка. — Наталья Викторовна! — Маша подбежала с круглыми от возмущения глазами. — А Дима сказал, что я не настоящая принцесса! Наталья Викторовна присела на корточки, чтобы оказаться на уровне этих возмущённых глаз. — Маша, ты самая настоящая. У тебя просто корона в стирке. Маша просияла и убежала — видимо, сообщить Диме про корону. Дима, кстати, будущий критик. Или журналист-расследователь. Этот ребёнок ставил под сомнение всё: почему небо голубое, почему надо спать днём, и действительно ли Наталья Викторовна знает, где живёт Дед Мороз, или просто говорит так. К обеду она успела: предотвратить войну за красный совочек (дипломатия), убедить Федю, что суп — это не наказание, а приключение (психология), найти потерянную туфельку Золушки-Маши (детективное расследование), объяснить, почему нельзя жениться на воспитательнице (это было сложнее всего). Тихий час. Наталья Викторовна шла между кроватками, поправляя одеяла. Вот Тёма — даже во сне хмурит брови, наверное, решает задачи. Вот Алиса — даже во сне дёргает ногой, танцует. Вот Гриша — обнимает того самого медведя, которого «вылечил». Она остановилась у кроватки Васи. Вася пришёл в сад только месяц назад и до сих пор плакал каждое утро. Тихо, беззвучно, так что слёзы просто катились по щекам. Сейчас он спал, сжимая в кулачке маленькую машинку из дома — единственное, что связывало его с мамой до вечера. Наталья Викторовна осторожно погладила его по голове. Никто не говорит о том, что это — самое сложное. Не шум, не беготня, не бесконечные «почему». А вот это — когда маленький человек тебе доверился, и ты несёшь за это ответственность. За каждое слово. За каждый взгляд. За то, каким он запомнит детство. Вечером, когда родители разобрали своих министров, балерин и учёных, Наталья Викторовна сидела в опустевшей группе. На столе лежал рисунок. Алиса нарисовала перед уходом и сунула ей в руку, не сказав ни слова. На рисунке — большая фигура в фартуке и много-много маленьких фигурок вокруг. И солнце. Огромное, на полнеба. И подпись печатными кривыми буквами: «НАТАЛЯ ВИКТОНА И МЫ» Она улыбнулась. Двадцать маленьких человек, которые ещё не знают, кем станут. Но уже знают, что их любят. Что мир — безопасный. Что красный совочек можно поделить, суп можно съесть, а корона — просто в стирке. И это она им дала. Президент песочницы. Самая важная должность на свете. 🌸