Шей. Вяжи. Продавай

Сорок две тысячи рублей. Я запомнила эту цифру, потому что именно столько стоила моя свобода каждый месяц. Понимание пришло не сразу. Не в первый год и даже не во второй. Оно подкралось тихо, как запах подгоревшей каши, который сначала не замечаешь, а потом уже нечем дышать. Меня зовут Лена, мне тридцать четыре. Замуж я вышла в двадцать восемь, за Костю, и первые полгода были такими, какими и должны быть. Тихие вечера, совместные ужины, планы на отпуск. А потом к нам переехала Нина Павловна. Свекровь появилась в нашей квартире в ноябре...

Галина Петровна поднималась по лестнице медленно, с одышкой, но с таким выражением лица, будто шла принимать капитуляцию. В правой руке она сжимала папку с документами. В левой несла пакет с банкой варенья, потому что Галина Петровна никогда не приходила без подарка. Подарок, правда, всегда шёл в комплекте с требованием. Я знала эту историю с самого начала, потому что живу через стенку от Лены, её невестки. Стены в нашей хрущёвке такие, что слышно даже, как сосед чихает на кухне. Лена переехала в эту квартиру четыре года назад...

Ванная была моей мечтой четыре года. Я откладывала с каждой зарплаты, считала, пересчитывала, выбирала плитку в каталогах, пока глаза не начинали слезиться. И когда таки собрала нужную сумму, муж сказал фразу, от которой всё покатилось не туда. «Зачем нанимать чужих? Лёша всё сделает. Он же строитель». Лёша, он же Алексей, брат мужа. Работал на стройке прорабом. Вроде бы и правда разбирался в ремонтах. Я сомневалась, но Серёжа так самонадеянно говорил, что мне стало неудобно спорить. Родня же. Обидится...

Галина Петровна всегда приходила по воскресеньям. Ровно к двенадцати, с пирогом и свежими новостями из поликлиники. Улыбалась, снимала туфли у порога, целовала сына в макушку. И всякий раз после её ухода Лена закрывалась в ванной. Минут на двадцать. Вода шумела, а Лена сидела на краю ванны и пыталась понять, почему ей так плохо. Ведь свекровь не кричала, не ругалась, не устраивала сцен. Она просто говорила. Обычные, казалось бы, слова. А Дима ничего не замечал. Ел пирог, смотрел футбол и искренне считал, что мама с женой прекрасно ладят...

В прошлый раз мы говорили о том, как страх назвать цену незаметно подтачивает энергию и ведёт к выгоранию. Сегодня предлагаю пойти дальше и разобраться с главным, что мы обычно не учитываем в стоимости, - со своим временем. Ответьте честно: когда вы в последний раз считали, сколько часов ушло на изделие? Не «ну, пару вечеров», а конкретно: раскрой, примерка, отделка, упаковка? А главное - вы умножали эти часы на свою ставку? Если нет - вы не одиноки. Почти все мастерицы, с которыми я общался, признавались: «Время? Ну что время, главное - материалы окупить»...