Щи да Каша

Я всегда думал, что знаю, как пахнет предательство. На той проклятой афганской войне в каменных мешках Паншера оно пахло дешевым табаком герцоговина флор и липким страхом. Там тыловые крысы продавали солярку душманам, пока мы, пацаны-срочники, замерзали на высокогорных блокпостах. Потом, в лихие девяностые, предательство пахло жженым порохом и сладковатым, тошнотворным ароматом гниющих на пустырях шестисотых мерседесов. В большом бизнесе, где я провел последние 20 лет, оно обычно пахло дорогим французским коньяком и свежей типографской краской на липовых договорах...

После 28 лет брака разбогатевший муж вышвырнул Надежду на улицу ради молодой любовницы, цинично назвав верную жену, пустоцветом. Он решил отобрать у нее последнее жилье на продажу, будучи уверенным в своей полной безнаказанности. Предатель думал, что победил, но не знал о страшной тайне из прошлого, которую Надежда хранила в старом чемодане четверть века. Она всегда знала, что конец света наступит не под грохот трупы Ерихонских, а под звяканье серебряной ложки о край суповой тарелки. Именно этот...

Глеб вышел из клиники. Замер на ступеньках крыльца, словно не решаясь сделать следующий шаг и обвел взглядом окружающий мир. Погода стояла омерзительная даже по меркам поздней осени, свинцово-серое небо с тяжелыми тучами, которые казалось вот-вот коснуться верхушек облетевших деревьев. Их черные ветви торчали, как обожженные спички, во все стороны, подчеркивая безжизненность пейзажа. Вчерашний снег, первый в этом году, еще вчера такой действенно белый и многообещающий, сегодня превратился в неопрятную жижу под ногами прохожих...

Из колонии сбежали трое особо опасных зэка. Они захватили избушку старого лесничего, не подозревая, что его внучку в деревне считают ведьмой не зря. То, что она сделала с бандитами, заставило даже видавшего виды оперативника содрогнуться. - Тьфу, тьфу, тьфу через левое плечо. Чур меня, чур. Старуха Мавра размашисто перекрестилась и сплюнула в сторону, когда Арина проходила мимо автобусной остановки. Арина стиснула зубы и ускорила шаг, пытаясь не замечать шепотков за спиной. Томик Цветаевой, который она всю дорогу, из города, прижимала к груди словно амулет, теперь казался тяжелым, будто камень...

- Бракованная! Она бесплодна» Шептались на рынке, когда Анну продавали за 30 рублей вдовцу. С четырьмя детьми. А едва она освоилась в новом доме, началась борьба за принятие. Через три года, когда она встретила бывшего мужа с младенцем на руках, это заставило всех замереть от шока. Здравствуйте, дорогие друзья! Представляем вам новый рассказ, действие которого разворачивается в конце XIX века. Это жизненная история, основанная на реальных событиях. Не забудьте поставить лайк и поделиться своими впечатлениями или историей своей семьи в комментариях...