Протоиерей Сергий Баранов

Кто-то убеждён, что мудро жить — это много думать, рассуждать, всё время взвешивать, и считает, что для достижения святости надо делать большое количество добрых дел. Но ведь их могут совершать и неверующие люди. В этом их тупик, главное безумие: добрые дела делают, а Бога не видят, не понимают и не принимают в этот мир. Какой-то академик, учёный с великой степенью много мудрого может сказать, но, если он неверующий человек, его академизм — это ирония, насмешка. Как часто мы надеемся на свой ум, хотим сделать так, как мы думаем, что именно так будет лучше. И как часто ошибаемся, всё время наступаем на грабли. У нас уже шишка большая на лбу, и всё равно — на грабли, всё время — «я, я, я». «Я сейчас решу… Я буду действовать… Я всё уравновешу». И опять грабли и шишка на лбу. Да, не «я», а Бог! Часто бывает, что хотели как лучше, с благими намерениями, а получилось — как всегда. Отрывок из книги о. Сергия Баранова «Наша великая надежда» Заказать можно тут

В конце литургии, перед раздроблением в алтаре Агнца, священник поднимает его и возглашает: «Святая святым». Если понимать эти слова буквально, что к святыне могут подойти только святые, тогда причащаться никто не будет, потому что у нас святых точно нет. Так что же означает этот возглас? Каждый из нас отчасти свят. Не своей святостью, а по принадлежности к Церкви. Через крещение мы мистически входим в Тело Христово — Церковь. Глава Церкви — Христос, а мы её части. Становимся святыми не по нашим качествам, а по принадлежности к Церкви Христовой. Так вот, когда священник говорит: «Святая святым», — этот возглас относится и ко всем нам, по своим качествам совершенно не святым. Но Господь позволяет нам прикасаться к таинству, например, Тела и Крови Христовых, и на причастии буквально входит в нас. Сам Христос внутри нас! Представляете?! Как бы мы мерзки, грязны ни были, но у нас внутри Христос! Мы как шкатулочка, внутри которой лежит Он. В таком смысле мы в этот момент святы. Но Христа можно положить в драгоценную, бархатную шкатулочку, а можно опустить в помойное ведро. С каждым причастием это происходит. Мы опускаем Христа в нашу зловонную, грязную, тёмную утробу. И Он по своему смирению и великой любви к нам соглашается на схождение в этот смрад. И это Его не оскверняет. Святость — это природа Божества, а не наша природа. И в то же время может возникнуть недоумение: и что, тогда от нас никаких трудов не надо? Ходи причащайся, прикасайся к таинствам Церкви, будь её членом, и ты уже свят? И про тебя на литургии возглашают: «Святая святым». Так вот, к этой святости, по милости Божией через Таинство Крещения делающей нас святыми, которые могут подойти к Таинству Причастия, нужно прибавить ещё свои личные труды, личную искренность. Это как отреставрировать старую тёмную грязную икону, под которой, может быть, уже даже и не видно изображения, но икона остается иконой. И грязь на ней остается грязью. Так и наша аскеза, наша духовная жизнь — это как реставрация старой иконы, с которой слой за слоем нужно снять копоть, темноту, грязь. Это необходимо для того, чтобы та святость, которая лежит под этим слоем, вышла наружу и засветилась. Отрывок из книги о. Сергия Баранова «Наша великая надежда» Заказать здесь

У меня однажды случилась такая история. Мои друзья привезли к нам в монастырь из Москвы паломницу. Она позиционировала себя как очень понимающий иконописец. Мы показали ей монастырь, потом поехали в кафедральный собор. Для нас он был дорог тем, что мы строили его своим руками, вместе расписывали, половина художников не имела художественного образования. Мы неплохо расписали кафедральный собор. А она всё смотрела, надувшись, и на обратном пути в машине её прорвало: не понравилась ей роспись. И как она начала выдавать: «Это неправильно, это не так! А в монастыре вообще в Иверском храме вы позволили себе в деталях росписи сюжеты Васнецова. Это дурновкусие, неверное понимание канонов иконописи!» Она мне столько догматики вывалила, пока мы ехали от кафедрального собора до монастыря! Я просто сидел и молчал, мои друзья поёживались, им было неудобно. Когда мы приехали в монастырь, она направилась к себе в келью с чувством выполненного христианского долга. А друзья ко мне подходят и говорят: «Извини, неловкая ситуация получилась. Она так агрессировала в вашу сторону». А я говорю: «Обратите внимание: она так разбирается в догматических, канонических вещах, а того, что в дороге обижала меня, не уловила». До таких небес поднялась, спустись на землю, рядом с тобой человек сидит, к которому ты приехала в гости. И ты не чувствуешь, что сейчас унижаешь его труды, в которые он вложил душу, сердце, силы. Отрывок из книги о. Сергия Баранова «Наша великая надежда» Заказать можно на ксвету.рф

Одна прихожанка меня спросила: «Я уже долго хожу в храм, но чувствую, что я не очень сильно меняюсь. Как жила, так и живу. И есть ли надежда, что, если часто причащаешься, Господь Сам тебя изменит?» На Тайной Вечере причащалось двенадцать человек. Сколько причастилось? Одиннадцать. А приняли-то в себя Христа все. Можно всю жизнь причащаться и не причаститься ни разу. А можно один раз. Мария Египетская сколько раз в жизни причастилась? Два раза. Один раз перед уходом и один раз перед смертью. Просияла больше любой бабушки, которая соревнуется: «А ты сколько причастилась? А я столько». Качество. К сожалению, у нас это переходит просто в традицию. «Ну, мы же исполняли, добрый Бог нас простит». Да не в том смысл христианства! Бог прощает или не прощает не потому, что Он гневается. Приходим к доктору: «Мы заболели, пожалуйста, спасите меня». Он пишет рецепт. Через месяц приходим: «Доктор, Ваш рецепт не работает». «А ты всё исполнил, как я написал?» — «Ну, нет, вот здесь пропускал, вот здесь опустил». — «Слушай, я же не виноват, я же тебе говорю». Заповеди Божии — это не желание доказать свою власть над человеком. Это рецепты счастья. Делай так, будешь счастлив. Будешь делать наоборот, ну, извини. Отрывок из книги о. Сергия Баранова «Наша великая надежда» Заказать можно на ксвету.рф #протоиерейсергийбаранов Пожертвовать скиту Подать записку Благотворительный магазин скита, книги батюшки и православная одежда: ксвету.рф Подпишитесь в Максе на всякий случай! Также подписывайтесь на других платформах 👋

Понимаете, у нас часто православие становится просто обрядовой религией. Для нас понятие молитва — это вычитка, выпевание, выстаивание. Мы потеряли святоотеческое понятие молитвы. Святые отцы понимали молитву как состояние соединения с Богом. А мы на причастии: «Вычитал?» - «Вычитал». - «Иди». На покаянии: «Вычитал?» - «Вычитал». - «Иди». «Крещёный?» - «Крещеный». - «Можно». Иногда меня спрашивают: «Надо ли во время Иисусовой молитвы женщине покрывать голову и поворачиваться на восток?» Я сразу вспоминаю разговор Христа самарянкой у колодца. Она обращается к Нему: «Отцы наши поклонялись на этой горе, а вы говорите, что место, где должно поклоняться, находится в Иерусалиме». Иисус отвечает: «Поверь Мне, что наступает время, когда и не на горе сей, и не в Иерусалиме будете поклоняться отцу» (Ин. 4:20-21). То есть приходят чрезвычайно новые времена, когда человек может вообще никуда не поворачиваться, когда он направляется внутрь себя, туда, где Царство Небесное. Он всегда и везде может соединиться с Богом и быть с Ним. Но есть благочестивая церковная традиция, соблюдая которую, мы показываем, что тоже стараемся быть благочестивыми. И поэтому, если женщина в храме надевает платок, я думаю, ей не будет сложно и дома перед иконами покрыть голову косыночкой. Всё равно ведь внешние моменты подталкивают нас к внутреннему. Отрывок из книги о. Сергия Баранова «Наша великая надежда» Заказать здесь

Стой на краю ада и не отчаивайся Простите за откровенность, в моей жизни было очень много моментов духовного отчаяния, но в конце концов приходил Бог. Это духовное отчаяние могло длиться очень долго, когда казалось, что ты даже веру теряешь. На этой точке отчаяния ты можешь твердить Иисусову молитву, обнимать мощи, целовать иконы, причащаться, но ничего не работает. И в этом великая мудрость Божия. Некоторые люди этого не могут понять, пережить опытно, и кто-то даже уходит из Церкви. В этом Бог, чтобы ты понял, что даже Иисусова молитва, даже Причастие не действуют пока в тебе не родится крайнее смирение. Крайнее смирение — это когда всё, тебя нет. Ты пробуешь до конца. Подходит отец: «Давай помогу». – «Нет, нет, я ещё сам попробую». Мучаешься, портишь, отец опять подходит: «Давай помогу». – «Нет, нет, я сам». И вот точка крайнего смирения, когда наконец гордыня смирилась, и ты сказал: «Я, правда, не могу. Помогите мне! Господи, помоги!» Вот тогда Бог может подойти и помочь. И в это время происходит духовное чудо. Вдруг ты через эту точку отчаяния выходишь в духовное пространство. Даже не через точку, а через отрезок. Ведь иногда бывают целые годы отчаяния, порой бывают невыносимые недели. А бывает отчаяние такой силы что пяти минут достаточно, иначе ты умрёшь. В этой точке отчаяния подходит Бог и начинает чудодействовать. И тогда Иисусова молитва, которая у тебя не получалась, начинает оживать, Литургия, Причастие начинают действовать. Отрывок из книги о. Сергия Баранова «Наша великая надежда» Заказать здесь

В рождественскую ночь в маленьком крохотном теле Младенца родилась огромная надежда человечества. У каждого своя надежда. Одна надежда — у богатого, сытого, может быть, даже пресыщенного. Совершенно другая надежда у человека, который несёт тяготу. Третья — у того, кто несёт великую скорбь. Одна надежда у того, кто в Рождество думает только о праздничном столе. Совершенно другая — у нашего солдата, который сейчас лежит в грязи, и у его матери. У каждого своя надежда. Каждый надеется в меру своего мировоззрения, в меру своего благополучия. У слишком благополучного надежда какая-то некрасивая. Он мечтает, возможно, быть ещё счастливей, ещё стабильней. И совсем другая надежда и мера её у человека, который малому рад, не избалован жизнью, у которого не так много радости и очень много скорби. Каждому Господь своим пришествием в этот мир принёс свою надежду, и в то же время каждому — своё разочарование. Потому что не каждая надежда человеческая идёт в унисон с Промыслом Божьим. Иногда она звучит с ним резонансом, никак в него не укладывается, и потому эта надежда вдруг переходит в разочарование и даже в ненависть к Богу. Как всколыхнулся Израиль во время проповеди Христовой, сколько было надежд, сколько оптимизма, сколько в обществе энергии какой-то летало! Каждый надеялся в меру своих мыслей, своих возможностей. Кто-то думал, что пришёл правитель, который избавит от ига римского, и Израиль заживёт самостоятельной, благополучной жизнью. Кто-то надеялся на здоровье и отчасти получал его. Кто-то просто радовался умножению хлебов. Каждый надеялся в свою меру. Но когда Господь начал говорить слово о Кресте, многие надежды рухнули и превратились в глубокое разочарование. И после этого, как написано в Евангелии, «многие перестали за Ним ходить». Но эта фраза очень деликатная. Всё было на самом деле гораздо глубже. Многие потом под Крестом шли и плевали в распятого Бога. Язвили, богохульничали: «Врачу, исцелися Сам», «Если Он Царь Израилев, пусть ныне сойдет со Креста» (Мф. 27: 42). Так изменились их надежда, их вера, их благоговение к этому Великому Учителю. Эта надежда перешла в глубокое разочарование, разочарование до ненависти. Кто мало разочаровывается? Тот, кому немного надо. Отрывок из книги о.Сергия Баранова «Наша великая надежда» Заказать здесь

Буква против Духа Нельзя сказать, что гнев — это природа сатаны. Это исковерканная им сила, которая иноксвету.рфит даже до убийства. Но нельзя сказать, что гнев создал сатана, а не Бог. Как когда-то Василий Великий сказал: «Не говори, что вино — грех. Бог не создавал ничего греховного. Пьянство — грех». И если вино создал Бог, а не сатана, то в нём нет греха. Грех — в пьянстве, добровольном сумасшествии через эту чрезмерность. Бог вложил в человека рассуждение: вот добро — вот зло, так можно поступать, а так нельзя. Сатана искажает рассуждение в осуждение. Но природа-то идёт от Бога. Так вот, мы должны всё это преобразить. Как в Господе гармонично всё это присутствует. Как Он на протяжении всего Евангелия показывает через своё человеческое отношение ко всем силам, которые вложил при создании в человека. Господь говорит: «Не осуждайте» (Мф. 7: 1). И в то же время, не понимая сути вещей, мы можем очень смутиться, когда видим, что Он сам осуждает. В Евангелия немало моментов, где Он осуждает фарисеев, законников и даже произносит такие страшные слова: «Порождения ехидны, доколе буду с вами» (Мф. 17: 17). Господь говорит: «Не осуждай». И в то же время Сам нам, своим детям, такой «дурной» пример подаёт. Но это мог делать Он со своим обоженным, богочеловеческим разумом, а если мы начинаем осуждать, зачастую доходим до ссоры. Гневается Господь? Гневается. Не то что гневается — бичом выгоняет торгующих из храма. И тут же говорит: «Не гневайтесь, гнев — это плохо». Люди, которые не понимают тонких духовных вещей, могут очень сильно смутиться. Господь говорит: «Не надейтесь, пьяницы не наследуют Царствия Небесного» (1Кор.6:9-10), — и умножает вино на свадьбе. Опять какое-то несоответствие для тех, кто не понимает сути вещей. Отрывок из книги о. Сергия Баранова «Наша великая надежда» Заказать здесь #протоиерейсергийбаранов Пожертвовать скиту Подать записку Благотворительный магазин скита, книги батюшки и православная одежда: ксвету.рф

Хочешь счастья? Убери «Я» Как отречься от своего мнения, когда ты живёшь в монашеской общине? Да очень просто. Сказали «зелёное», значит — зелёное. Сказали «огурцы» — огурцы. Да убери ты своё мнение, выбксвету.рф «Я считаю», «я думаю», «я хочу» — всё, что я перечислил, начинается в буквы «Я». Уберите её и будете счастливыми. Как только она появляется — конфликты, недоразумения, столкновение характеров, мнения, ссоры и постоянная грусть-печаль. Самый счастливый человек тот, который живёт в общине, искренне ищущей Христа, без всяких фанфар, чрезвычайных состояний. Просто все вместе идут за Моисеем-проводником и своё мнение выкидывают. Хочешь иметь своё мнение — хочешь иметь печаль и тяготу. Своему мнению постоянно сопутствуют скорби, печали, ссоры. Убери его, как раздражитель, и будешь счастлив. Лестницу удобнее мыть сверху вниз или снизу вверх? В армии, когда хотели над нами поиздеваться, заставляли снизу вверх трап мыть. А если тебе всё равно, когда мнение твоё не долбит в затылок, то и снизу вверх хорошо помоешь. Люди, которые ради Царствия Небесного выкинули своё мнение в мусорную корзину, самые счастливые. Святыми становятся не за труды, не за усердие, не за аскезу, а за смирение. «Господь гордым противится, а смиренным даёт свою благодать» (Иак. 4: 6). Даже когда батюшка Серафим уже был старцем, он жил мнением Бога: «Как Ты благословишь, так и будет». Никогда бы не стал Преподобным Великим Серафимом, если б не сокрушил своё мнение. Просто был бы мудрым человеком, и не более того. Отрывок из книги о. Сергия Баранова «Наша великая надежда» Заказать здесь #протоиерейсергийбаранов Пожертвовать скиту Подать записку Благотворительный магазин скита, книги батюшки и православная одежда: ксвету.рф ‼️ обязательно подпишитесь в Максе на всякий случай! Также подписывайтесь на других платформах 👋

Святость начинается с оплеухи Старец Ефрем Аризонский при всей своей величине очень естественно себя вёл: мог улыбнуться, пошутитксвету.рфт рассказать, с юмором какое-то нравоучение сделать. Откуда это идёт? Конечно, это глубокий афонский опыт, тысячелетняя традиция, которая оттачивала культуру и внутреннего, и внешнего поведения. Это тысячелетний опыт прелести, в которую впадали иногда афонские отцы, торопившие время и делавшие упор на внешнее, слишком много уделявшие внимания и сил тому, как они выглядели, говорили, вели себя. Человек, который настроен на внутреннее, забывает думать о том, как он выглядит со стороны. Всё это оттачивалось столетиями, культура поведения передавалась от старца к ученику даже не через слово, а в духе. Старец себя вёл просто, естественно — и ученик себя так вёл. Если он начинал лепить из себя внешнюю духовную картинку, старец мог очень грубо оборвать. Я помню, как мы рукополагались. Были такие моменты, когда ты, вновь испечённый, только выходишь из алтаря и уже начинаешь людям что-то объяснять, а они подбегают к тебе, чтобы вот эту первую благодать как сливки снять. Они ещё совершенно не понимают, что, да, благодать священства на тебе сейчас почивает, но твоя дурь-то никуда не делась. Я помню, люди начинают какие-то вопросы задавать, ты пытаешься отвечать, а позади идёт твой старец и говорит: «Да чего вы к нему пристали, он ещё дурак, его только рукоположили, у него опыта никакого нет. Он даже не понимает, что у него нет опыта и сейчас пытается вам что-то говорить. Иди, иди…» Теперь уже осознаёшь, какая это драгоценность со стороны духовника была, чтобы в самом начале ты с ума не сошёл. Отрывок из книги о. Сергия Баранова «Наша великая надежда» Купить можно тут #протоиерейсергийбаранов Пожертвовать скиту Подать записку Благотворительный магазин скита, книги батюшки и православная одежда: ксвету.рф Все ссылки

Неофиты любят пустыню, Бог любит грешников. Я часто говорю, что есть два образа святости. Люди берут образец и начинают подражать, идти в этом направлении. Один образец святости — Иоанн Креститель. Не ест, не пьёт, не спит, находится в козьих кожах в пустыне, в уединении. И чаще всего неофиты идут этим путём, подражают именно этому образу. И мало кто подражает самому Христу. А вот смотрите, что в Евангелии сказано: «Приходит Иоанн Креститель — не ест, не пьёт, а они говорят: «В нём бес». Приходит Сын Человеческий — ест, пьёт; и говорят: «Вот человек, который любит есть и пить вино, друг мытарям и грешникам» (Мф. 11: 18, 19). И Его осуждают, не принимают и гонят. Для меня очень близок пример самого Христа. Мне кажется, Его образ очень хорошо вобрал в себя святой праведный Иоанн Кронштадтский, который мог находиться в шёлковой рясе, с бриллиантовым крестом и тут же отдать эти рясу, крест, обувь, прийти домой босым и раздетым. У него не было крайностей. Во Христе очень естественное поведение. Не случайно Святая Церковь говорит, что Он был Совершенный Бог и Совершенный Человек. Он так глубоко вошёл в природу человека, кроме греха, но всё человеческое гармонично не отверг, а принял и обожил. Отрывок из книги о. Сергия Баранова «Наша великая надежда» Купить можно тут #протоиерейсергийбаранов Пожертвовать скиту Подать записку Благотворительный магазин скита, книги батюшки и православная одежда: ксвету.рф Все ссылки

Бог есть Любовь, и эта Любовь понимает, чтобы спасти грешного человека, он должен пройти через огонь. Чтобы в этом огне выгорел весь грех, и осталась только правда. Нет другого пути. Ладно ещё когда миряне этого не понимают, но печально, когда не понимают монахи. Какое-то монашество выдумали себе странное. Перелистайте патерики — все святые отцы плакали. Не только древние, но и до нашего времени. Преподобный Сергий плакал, но эти слезы растворены в радости, потому что человек понимает, что выжигается его грех. Чудо Божие — чудо неподъёмное, обжигающее, испепеляющее. И в этом-то и радость его, что оно настоящее. Радость без плача и без пережигания — это безумная, сатанинская радость. Отрывок из книги прот. Сергия Баранова «Наша великая надежда».