Секреты Рыболова

— Ты опять эту вонючую тряпку на батарею повесила? Дышать же нечем, Лен. Ну сколько раз просил? Виктор стоял в дверном проеме ванной, недовольно морщился и почесывал живот через растянутую домашнюю футболку. Лена, стоя на коленях перед унитазом, даже не обернулась. Перчатки скользили по кафелю, запах хлорки выедал глаза, но это было даже приятно — перебивало тот тухлый душок, который поселился в квартире последние пару месяцев. И дело было не в мусоре. — Сохнет она там, Вить. Где ей еще сохнуть? На улице слякоть, балкон мы так и не застеклили...

— Ты опять за компьютером? — Нина стояла в дверях кухни, облокотившись на косяк. В пижаме, с прижатыми к груди руками, будто сама себя сдерживала. — Уже второй час ночи. — Сейчас, доиграю, — буркнул муж, не оборачиваясь. Лицо мерно освещал голубоватый экран. — Ты так весь свет разгонишь, — сказала она тише. — И глаза посадишь. И утром снова не встанешь. Михаил кивнул, машинально, не слыша. За стеной пищал котёл, потом затих. Из окна тянуло холодом, батареи еле дышали. Нина постояла, вздохнула и вернулась в спальню...

— Ты опять молчишь. Хоть бы слово сказал, — Нина поставила чашку на стол, и фарфор звякнул громче, чем нужно. — Что говорить? — Сергей не поднял глаз. В телефоне что‑то мигнуло, он смахнул уведомление, будто муху. — Да хоть что‑нибудь. Хоть спроси, как день прошёл. — А ты и так расскажешь. Всегда рассказываешь. Она выдохнула, села напротив. Чай остыл. На подоконнике лужица — окно снова поддувает, а руки не доходят залатать. В кухне пахло картошкой с укропом и железом — сверлили где‑то в подъезде...

На кухне пахло капустой и вчерашним борщом. Телефон лежал на подоконнике, пока не загудел — коротко, будто сомневается. — Да, — сказала Ирина. Пауза. Потом голос. Знакомый до скрипа в зубах. — Привет... Это я. — Вижу. — Не занята? Она села. Рука машинально двинулась к чашке — кофе остыл, на поверхности тонкая плёнка. — Что тебе надо, Лёш? — Поговорить. Можно? — Говори. Где-то за стеной гудела стиральная машина, и казалось, будто этот звук пришёл, чтобы заполнить паузу между словами. — Я, — он выдохнул, — короче, не получилось...

На кухне пахло остывшим кофе и жареными котлетами. Тарелка стояла перед ним, котлеты подрагивали от сквозняка — форточка хлопала, будто возмущалась. Он только пришёл с работы, устал, снял рубашку, сидел в майке. И вот она — стояла у мойки, губы поджаты, в голосе колючка: — У них сегодня в отделе праздник был. Коллега твой, этот… как его… повышение получил. Поздравляли всем этажом. — Угу, — буркнул он. — А ты что? Опять мимо? — Она повернулась, локтем вытерла каплю воды с подбородка. — Может, работать лучше надо, а? Пауза повисла, как пар над кастрюлей...