За гранью: необъяснимое и тайное

Статья 128 Конституции СССР 1936 года. Та самая, «сталинская», которую называли самой демократической конституцией в мире. Цитирую: «Тайна переписки охраняется законом». Это было написано чёрным по белому. Это входило в конституционные права советского гражданина наряду с правом на труд и правом на отдых. В СССР практически на 100% читалась зарубежная переписка, огромное внимание уделялось письмам обычных граждан. Пока граждане писали письма, ссылаясь на конституционную защиту, в каждом крупном почтовом отделении страны существовала отдельная комната...

Перевал Дятлова знают все. О нём пишут книги, снимают фильмы и до сих пор проводят расследования. А про Чивруай — почти никто не знает. Даже местные жители Мурманской области. А ведь история там не менее загадочная. Десять опытных туристов. Один вечер. Один перевал в Ловозерских тундрах на Кольском полуострове. И — никого в живых. Ни одного свидетеля. Ни одного выжившего, который мог бы рассказать, что пошло не так. В январе 1973 года в Мурманской области во время лыжного похода при невыясненных обстоятельствах погибли десять студентов из Куйбышева...

Советский Военно-Морской Флот засекречивал свои катастрофы с той же аккуратностью, с которой засекречивал всё остальное. Авария — значит, враг узнает о слабом месте. Гибель экипажа — значит, родственники начнут задавать вопросы. Вопросы — это уже политика. Поэтому семьи получали похоронки без объяснений. Сослуживцы подписывали бумаги о неразглашении. Страна узнавала о трагедиях через годы и десятилетия — или не узнавала вообще. Я расскажу про три подводные лодки. Три катастрофы. Три разные истории о том, как государство обращается с людьми, которых само же посылает умирать...

Иосиф Бродский сказал об этом точно: тюрьма лучше. В тюрьме есть срок. Ты знаешь: три года, пять лет, десять — но потом выйдешь. В психиатрической больнице срока нет. Ты выйдешь тогда, когда врач решит, что ты здоров. А если врач решает иначе — ты остаёшься. Год. Пять лет. Навсегда. Советское государство в 1960-х придумало инструмент куда изощрённее лагеря. Лагерь делал из человека жертву — и весь мир это видел. Психиатрическая больница делала из него сумасшедшего. Сумасшедшим никто не верит. За сумасшедшего никто не заступается...