Сап Сапов

Она сидела за столом. Перед ней — тарелка гречки с курицей и стакан воды. Она смотрела на стакан. Долго. И не трогала. Алла, 44 года, парикмахер, фигура «прямоугольник», переходящий в «яблоко». За двадцать лет диет она запомнила одно железное правило: «Не пей во время еды. Вода разбавляет желудочный сок. Еда не переварится. Будет тяжесть и жир». Она не пила. Никогда. Даже если еда была сухой. Даже если хотелось пить. Даже если пересохло в горле. — Доктор, я не пью во время еды 20 лет. Сначала мама научила...

Она вставала в 6:30. Шла на кухню. Резала лимон. Выжимала половинку в стакан. Заливала тёплой водой. Пила мелкими глотками. И чувствовала, как просыпается. Оксана, 39 лет, филолог, мама троих детей. Рост 168, вес 74. Фигура — «прямоугольник», который она пыталась превратить в «песочные часы» с помощью диет и ритуалов. Вода с лимоном была её главным ритуалом. Четыре года. Каждое утро. Без выходных. — Это моя медитация, — говорила она подругам. — Кисленькая, бодрящая. Врачи говорят, полезно. Ощелачивает организм...

Она вошла с распечаткой. Несколько листов А4, исписанных мелким почерком. Список запрещённых продуктов. Вероника, 38 лет, фигура «яблоко», которое последние три года неумолимо превращалось в шар. Две диеты в год. Десять лет. Результат: плюс 15 кг и минус радость жизни. — Я больше не могу, — сказала она, садясь. — Я исключила всё. Масло, картошку, макароны, хлеб, сладкое, молоко. Я ем только гречку, курицу и огурцы. А вес стоит. И настроение… я хочу выть. Я посмотрел на её список. Там было 47 позиций...

Скорая приехала через 11 минут. Это быстро. Но девочка уже была холодной. Три месяца. Голубые глаза. Русые кудряшки, которые мать расчёсывала маленькой щёточкой. Вероника, 29 лет. Фигура — «песочные часы», расплывшиеся после беременности. Она мечтала вернуть форму к лету. Муж поддерживал. Свекровь говорила: «Ты же модель, была моделью, будь моделью». Ребёнок умер в своей кроватке. Без крика. Без судорог. Просто перестал дышать во сне. Как будто выключили. Врачи скорой заподозрили СВДС (синдром внезапной детской смерти)...

Её нашёл курьер доставки. Заглянул в панорамное окно и увидел тело в позе ребёнка. Голова на сложенных руках. Будто уснула во время медитации. Не уснула. Лена, 38 лет. Фигура — «песочные часы» с едва заметной талией, которая раньше была выраженной. Фитнес-блогер. Жена фитнес-блогера. Идеальная пара. Идеальный брак. Идеальная смерть. В квартире всё сияло. Белые стены, белая мебель, белая керамика на кухне. Ни пылинки. Ни крошки. На столе — миндальная мука, кокосовое молоко, стевия. Холодильник — стерильный...

Воскресенье, 14:30. Обычный семейный обед в доме у родителей мужа. Кристина, 33 года, замужем 8 лет, двое детей. Фигура — «песочные часы», которые за последние два года превратились в «яблоко». Талия уплыла, лицо округлилось, живот налился плотностью. Она усталая. Всегда усталая. Обед как обед. Свекровь, Галина Ивановна, накрыла стол: домашний куриный бульон (трёхчасовой варки), гречка с печенью (печень жарили на топлёном масле), салат из свёклы с чесноком и сметаной, компот из сухофруктов (очень сладкий, "для гемоглобина")...

Её нашли утром. Сидит на кухонном полу, прислонившись спиной к холодильнику. Глаза открыты. В руке — телефон. На экране — закрытый дневник питания в популярном приложении. Последняя запись: «ужин — 18:00 — 340 ккал». Вызвали меня. Не как нутрициолога. Как консультанта. Потому что в её дневнике нашли странности. И потому что я знал её лично. Ольга, 41 год. Фигура — «прямоугольник», но не худой, а с плотным корсетом висцерального жира. Пять лет боролась с весом. Три года вела дневник питания. Последний год — в приложении с ИИ-ассистентом...

Слишком прямой. Как будто проглотила швабру. Светлана, 44 года. Фигура — «песочные часы», которые она прятала под корсетом. Утягивающее бельё. Каждый день. 10 лет. — Я без него не выхожу, — сказала она, садясь на край стула. Села прямо, бёдра на весу, живот втянут. — Даже дома. Даже ночью иногда. Потому что без него я… расползаюсь. Она сняла кардиган. Под ним — утягивающая майка до колен. Тело как в коконе. — Светлана, покажите, что под майкой. Она покраснела. — Не могу. Стыдно. — Я врач. И я уже знаю, что увижу...

Она зашла с пакетом. Не прятала. Достала йогурт, поставила на стол. — Я без него не могу. Я знаю, что вы скажете «сахар». Но посмотрите — без сахара. Натуральный. Био. С живыми бактериями. Это же полезно! Маргарита, 41 год. Фигура — «песочные часы», которые стремительно превращались в «яблоко». Талия плыла. Живот нависал. Грудь оставалась, но болела перед циклом так, что она пила обезболивающие. Она была умной женщиной. Фармацевт. Знает всё о лекарствах. Но о еде знала из глянца. А глянец говорил: «Йогурт — это здоровье...

Она пришла с двумя детьми. Девочка 6 лет — круглощёкая, с мягким животиком. Мальчик 9 лет — уже с выраженными боками, под глазами синева. Надежда, 38 лет. Фигура — «яблоко» с началом «груши»: живот выпирает, ноги стройные, но целлюлит уже появляется. Дети — её копия. — Доктор, я на правильном питании. Дети тоже. Никаких газировок, никаких чипсов, никаких конфет. Соки только свежевыжатые. У меня соковыжималка за 50 тысяч. Каждое утро — стакан апельсинового. Днём — морковно-яблочный. Иногда гранатовый — для гемоглобина...

Она пришла с термосом. Извинилась. Сказала, что без чая не может — вечером всегда пьёт, это единственное, что держит её на плаву после 12-часового рабочего дня. Вера, 36 лет. Рост 168, вес 95. Фигура — классический «прямоугольник», который перестал быть прямоугольником. Плечи и бёдра одинаковой ширины, талии почти нет, но весь лишний вес собрался внутри. Висцеральный жир. Тот самый, который не щипается пальцами, потому что прячется глубоко, между органами. — Я смотрю на себя в зеркало и не понимаю, — сказала она, отхлёбывая из термоса...

Она сняла пальто в прихожей. Я услышал звук — ткань скользнула по бёдрам с трудом. Слишком узкое пальто. Слишком широкие бёдра. Алина, 26 лет. Фигура — чистая, стопроцентная «груша»: плечи как у балерины, талия тонкая, руки изящные. А ниже пояса — мощь. Бёдра, которые не влезают в джинсы с маркировкой «L». Ягодицы, которые делают её похожей на античную статую плодородия. Она ненавидит их. — Я хожу на танцы, — сказала она, садясь на край стула. Спина прямая. Бёдра — на весу, не касаются спинки. Обычно так сидят те, кто стесняется своего зада...