О литературе и не только...

Итак, дорогой коллега по перу и страданию. Ты дописал роман. Шедевр. Там такие глубокие метафоры, что можно копать колодец. Ты неделю выбирал имя для хомячка второстепенной героини, а описание дождя выжимало слёзы даже у кота. Но есть проблема. Читатель — редиска неблагодарная!!!. Он не чувствует той самой атмосферы, которая разлита у тебя в голове, как разлитый майонез на кухне после драки. Как же до него достучаться? Не пишите «было грустно». Серьёзно, уберите эту детскую любовь к прямоте. Вам кажется, что читатель поймёт намёк? Ха! Ему нужно пять раз кирпичом по лбу...

Уважаемые любители высокого и прекрасного. Хватит врать самим себе. Мы все тут сидим в позе мыслителя перед экраном и делаем вид, что стоим на распутье. Налево пойдешь — включишь «Оппенгеймера» (там три часа ядерной депрессии под скрипку), направо — очередной шедевр от Марвел, где мужик в обтягивающем костюме спасает вселенную, потому что у него украли сэндвич. Но настоящая дилемма вечера пятницы звучит иначе: посмотреть ли новый проходняк, от которого тупеешь на глазах, или ту самую «классику», о которой все врут, что обожают? Давайте честно...

Читатели, откройте глаза шире. Нет, серьезно, отодвиньтесь от экрана, снимите розовые очки. Видите этот книжный магазин? Там тысяча книг. И по факту — полторы. Потому что издательства нашли философский камень. Фиговый, правда, но работает. Они берут одну формулу, одну схему, один скелет сюжета — и просто тыкают в него разными именами и картинками, как ребенок в раскраску. И мы, доверчивые читатели, покупаем это в сотый раз. Любовное фэнтези? Пожалуйста. Девушка по имени Бриалинна  (бывшая официантка,...

О, дорогие мои графоманы и лирики в розовых трусах! Садитесь на диван, берите попкорн. Поговорим о том, почему мы с вами — нищие неудачники, а ваши гениальные сюжеты никому не нужны. Потому что читателя, блин, теперь НЕ УДИВИТЬ. Совсем. Ничем. Раньше, в каменном веке, достаточно было написать: «Вошел граф, а у него вместо лица — часы». И все падали в обморок. Аудитория рыдала: «О ужас! О символизм! Время съело его личность!» Гений, твою мать. А сейчас? Сейчас ты выворачиваешь текст наизнанку, придумываешь...

О, святое, наивное создание! Ты серьёзно веришь, что люди, которые постят цитаты из Набокова в сторис, хоть раз открыли эту книгу после школьной контрольной? Давайте без соплей. «Как часто мы перечитываем любимые книги?» — это звучит примерно как «как часто вы занимаетесь утренней зарядкой?». То есть все врут, что каждое утро, а на деле — ни разу за последние пять лет, но совестливо кивают. Вот у тебя есть «любимая книга». Та самая, пыльная на верхней полке. Ты её «обожаешь». Ты её «всем советуешь»...

Серьезно, нас уже не напугать маньяком с бензопилой. Потому что настоящий хоррор начинается в 8 утра, когда ты пытаешься дозвониться до налоговой. Фредди Крюгер лезет в сны? О, бедняжка. У меня бессонница от мысли, что завтра снова понедельник. Пусть приходит, чай попьем. Он хотя бы не пишет пассивно-агрессивных сообщений в рабочий чат. Зомби? Да это копия моих соседей у мусорки. Только зомби не оставляют окурки на полу. Чужой с кислотой вместо крови? Милота...

О, святые кирпичики Толстого! О, Достоевский, нервно курящий в сторонке! Давайте уже честно, как в туалете после соленого огурца: меня бесят некоторые современные читатели. Бесят так, что хочется взять «Войну и мир» и отоварить ею первого встречного, который скажет «многабукаф». Дорогие мои книжные эстеты, вы, конечно, прекрасны. Особенно когда выкладываете в сторис стопку книг, которые даже не открывали (ой, простите, у вас же электронная читалка). Вы покупаете томики с золотым обрезом, ставите их на полку «для фона» и чувствуете себя интеллектуалами...

О, великий миг, о, священная дрожь в коленках! Вы садитесь писать свой ПЕРВЫЙ РАССКАЗ. Кажется, что сейчас из-под пера (ну, из-под клавиатуры с запавшей буквой «ы») родится нечто такое, что заставит Набокова плакать от зависти, а Довлатова — нервно курить в сторонке. Вы печатаете заголовок «Тайна проклятого амулета» или «Она пришла из темноты» и чувствуете себя полубогом. А потом проходит три года. Или пять. Или ты просто решаешь перечитать этот шедевр после третьей кружки пива для храбрости. И тут оно приходит...

Если вы хоть раз в жизни были на литературном вечере, встречали рассвет в компании поэта или просто пытались построить с творческим человеком нормальные человеческие отношения, то у вас наверняка возник закономерный вопрос: «С ними вообще всё в порядке?» Отвечаю как человек, который варится в этом котле безумия чуть больше десяти лет: нет. С ними не всё в порядке. С нами. И чем раньше вы это примете, тем проще вам будет жить. Давайте сразу без розовых соплей. Писатели — это биологический сбой эволюции...

Знаете это чувство? Когда ты почти влюблен в книгу. Ты запомнил, как зовут второго помощника главного героя. Ты прощаешь автору затянутые описания заката. Ты уже мысленно ставишь ее на полку между «Мастером и Маргаритой» и «Тремя товарищами». А потом ты дочитываешь. И понимаешь, что автор — подлец. Не просто подлец, а подлец с особым цинизмом. Потому что последние двадцать страниц — это не финал. Это рукоприкладство. Тебя триста страниц кормили устрицами, а на десерт плюнули в тарелку. Ты закрываешь книгу...

Современный писатель, если вы ещё не знаете, — это не человек, который пишет. Это человек, который создаёт видимость. И без кучи барахла у него ничего не выйдет. Для начала ему нужен макбук. Обязательно макбук. С наклейкой. Если наклейки нет — текст сам не напишется. А самому писать, сами понимаете, никто не хочет. Компьютер должен быть тонкий, как лезвие, и стоить как ползарплаты, потому что страдания бедного писателя — это красиво только в книжках девятнадцатого века. Сейчас страдания выглядят так: ты сидишь в кофейне с дорогим ноутбуком и делаешь вид, что твоя жизнь — сплошная мука...