– Да точно тебе говорю, я сам видел, как Кощей в багажник тяжеленные мешки запихивал. А потом сразу уехал куда-то! – Витька горячился, убеждая пацанов в том, что прозвище Сыщик он заслужил недаром. – И машина у него видели, какая? На такой машине он не за картошкой на рынок ездит. Темные дела крутит, стопудово! Наверняка, в мешках золото. – Ага, и он над ним чахнет, Кощей ведь!.. – поддержал Сыщика Димка. – Нет, это в сказках Кощей чахнет, а у нас в «Кинопарке» он его куда-то возит. И эту тайну нам нужно раскрыть! – возразил Витька...
РСТИ | Авторские дома
Где живет счастье
Она вздохнула и побрела вдоль Свердловской набережной. С Невы дуло. Инга зябко поежилась и свернула на Кондратьевский проспект. «Не хватало, чтобы начался дождь, – она подняла глаза на стремительно темневшее небо. – А до моего «золотого» дома еще топать и топать». Она ускорила шаг, стремясь быстрее добраться до ЖК «Аурум» на проспекте Маршала Блюхера, где купила квартиру совсем недавно, весной, но уже успела всей душой прикипеть к своему «золотому» дому. И сейчас торопилась поскорее оказаться в своей...
Вкус граната
Валентин Петрович тяжело вздохнул, плеснул в лицо холодной водой и, наскоро утеревшись, вышел из ванной. На кухне Любаша шлепнула перед ним на стол тарелку: серо лоснящееся пюре с парой масляных котлет. Он нехотя взял вилку. Есть не хотелось, совсем. Ему даже самому было непонятно – то ли еда казалась невкусной, то ли голод вытеснило ощущение унылой пустоты внутри, невесть откуда взявшееся пару месяцев назад и все сильнее засасывающее его день за днем в бездонную пучину апатии. – Юльку кликни, – повернулась от плиты жена...
Старое доброе кино
«Наконец-то на кораблике! Жить в Петербурге, и целых четыре года собираться, прежде чем оказаться на борту – вполне в моем стиле», – думала Марта. И как только открылась навигация, она купила билет на один из курсирующих по Неве и каналам небольшой теплоход. Июньская ночь была густа – тучи заволокли небо еще с утра, а потом к мрачному небосводу добавилась ночная тьма. Но свет фонарей с набережных и подсветка дворцов окутывали Петербург мистическим флером и погружали пассажиров корабля в расплывчатое состояние пограничья меж днем и ночью, явью и сном...
